EduTranslator

Научные работы со всего мира

Рубрика: Психология (стр. 1 из 7)

Электричество, производство, изменение климата и приватизация

Оригинал доступен на сайте herinst.org

Стационарные источники энергии приносят около половины выбросов парниковых газов в Австралии. Почти 70 процентов из них приходится на производство электроэнергии, что делает его крупнейшим источником выбросов парниковых газов. Таким образом, от 200 млн. тонн из общих 567 млн. тонн выбросов Австралия получила лишь в 2006 году.[1]

В 2006 году стационарные источники энергии понесли ответственность за дополнительных 40 процентов выбросов, в сравнении с 1990 годом. [2] Такому мощному росту поспособствовали приватизация и дерегулирование электроэнергетики в Австралии; именно негативно повлияли на продвижение энергоэффективности или возобновляемой электроэнергии среди энергетических компаний.

В течение 1980-х годов многие защитники окружающей среды в США поддерживали дерегулирование электроэнергии. Они были убеждены, что дерегулирование устранит стимулы для увеличения продаж электроэнергии и строительства новых крупных электростанций у регулируемых монополий на электроэнергию. Они также предполагали, что «свободный рынок» электроэнергии предоставит больше возможностей для компаний, предлагающих альтернативную выработку электроэнергии из возобновляемых источников [3]. Однако это оказалось неоправданно.

У частных компаний нет причин поощрять энергоэффективность и энергосбережение, когда их прибыль зависит от максимального спроса. В США именно коммунальные службы взяли на себя инициативу по энергосбережению, в то время как частные энергетические компании сократили свои природоохранные бюджеты. В период с 1995 по 1999 дерегулирование электроэнергетики повлияло на сокращение бюджетов энергоэффективности североамериканских энергетических компаний на 42 процента. [4]

Рынки электроэнергии несомненно сдерживают инвестиции в электросбережение и энергоэффективность, потому что они выбирают поставку электроэнергии на основе «самой низкой первоначальной цены», а не «самой низкой цены в течение срока годности продукта» или экологических расходов на поставку. [5] В результате даже новые производители по всему миру по-прежнему используют ископаемые виды топлива.

Информационное агентство по энергетике США прогнозирует, что новые электростанции будут в основном работать на газе в краткосрочной перспективе, а в долгосрочной — на угле в зависимости роста цен на газ. [6] Точно так же новые европейские электростанции, скорее всего, будут работать на газе в ближайшем будущем. Использование природного газа и угля резко возросло по всему миру. [7] 41 процент новых инвестиций в производство электроэнергии с 2002 по 2006 годы (как в частных, так и в государственных целях) в Австралии приходился на угольные электростанции, а на газовые, в свою очередь, — 42. [8]

Приватизация позволяет, а во многих случаях даже и поощряет, обслуживание старых загрязняющих угольных электростанций, которые выделяют смог, ртуть и твердые частицы в атмосферу, ежегодно приводя к тысячам смертей [9]. В Австралии дерегулирование и приватизация привели к более интенсивному использованию наиболее загрязняющего вида угля, бурого угля, и уже к 2001 году парниковые газы увеличились на 31 процент в результате дерегулирования энергетики [10].

В Новом Южном Уэльсе Схема борьбы с выбросами парниковых газов (GAS) выдает сертификаты тем, кто сокращает выбросы парниковых газов. Эти документы могут быть в последствии проданы розничным торговцам электроэнергией, которые должны соблюдать обязательные сокращения выбросов. Однако исследование, проведенное учеными в Университете НЮУ, показало, что 95 процентов сертификатов, выданных на протяжении 18 месяцев до июня 2004 года, были предназначены для проектов, утвердившихся до введения схемы [11].

И хотя эта схема обошлась потребителям НЮУ в 450 миллионов долларов, около 80 процентов сокращений, признанных этой схемой в 2007 году, предназначались для проектов, созданных ранее. Две угольные электростанции в Квинсленде заработали миллионы долларов следуя схеме НЮУ, вместе с этим производя до 9 миллионов дополнительных тонн загрязнения каждый год. [12]

Один из представителей правительства защищал схему, которая, скорее всего, обойдется плательщикам в 2 миллиарда долларов за 9 лет, заявляя, что «невозможно разделить производственные или инвестиционные решения, принятые в результате этой схемы, и теми, которые были бы приняты в любом случае». [13]. Кроме того, контрольный показатель для оценки сокращения выбросов устанавливается путем оценки среднего уровня выбросов в штате. Он, в свою очередь, состоит в основном из выбросов угольных электростанций, поэтому даже газовые электростанции могут получить сертификат об уменьшении выбросов [14].

Как и торговля ограничениями выбросов, обязательные показатели достижений в сфере возобновляемых источников энергии, как правило, устанавливаются слишком низкими, слишком медленными и подверженными риску и неопределенности. В Калифорнии правительство потребовало от коммунальных служб обеспечить 20 процентов поставок возобновляемых источников к 2017 году. [15] Правительство штата Новый Южный Уэльс установило цель в 10 процентов к 2010 году и 15 процентов к 2020 году. [16] У Целевой задачи федерального правительства в области возобновляемых источников энергии (MRET) установлены еще более низкие цели.

Правительство Рудда предложило использовать рыночную схему сокращения выбросов парниковых газов. Идея торговли ограничениями на выбросы заключается в том, что фирмы, которые могут сократить свои выбросы дешевле, могут получать прибыль от своих «избыточных» сокращений, продавая кредиты для них другим фирмам, для которых такие сокращения будут стоить на порядок дороже.

Эта идея могла бы сработать при условии что требуется всего лишь незначительное сокращение загрязнения. Однако в случае глобального потепления невозможно достигнуть требуемого сокращения выбросов углекислого газа за счет принятия самых дешевых сокращений. Является весьма нецелесообразным создавать рынки, которые позволяют некоторым фирмам избегать более дорогих сокращений, чтобы минимизировать свои затраты, при необходимости более дорогих сокращений. [17] Другими словами, чем строже условия сокращения выбросов, тем меньше возможностей существует для поиска недорогостоящих решений и продажи избыточных квот или скидок.

В Европейском союзе существует единая активная схема торговли выбросами парниковых газов, но она не только не сократила выбросы, но и фактически их увеличила на 1–1,5 процента исходя из подсчетов в первые два года его работы. [18]. Рынок торговли выбросами открывался на уровне 8 евро за тонну и несколько месяцев спустя остановился на уровне около 23 евро, что все равно является чересчур низким порогом для стимулирования сокращения выбросов [19]. Цена в настоящее время составляет всего около 10 евро за тонну из-за экономического спада. [20]

В Великобритании производители электроэнергии заработали 1,3 миллиарда фунтов стерлингов за счет увеличения счетов за электроэнергию в 2005 году на 7 процентов. Такие тарифы предположительно выставлены для покрытия расходов по схеме, даже если производители получали свои ограничения на выбросы бесплатно и не инвестировали в экологически чистые технологии. [21] Учитывая тот факт, что повышение цен на электроэнергию было одобрено в НЮУ с целью покрытия расходов на меры по борьбе с глобальным потеплением, а схема торговли выбросами включает компенсацию для производителей электроэнергии, НЮУ может воспользоваться похожей техникой.

Схема торговли выбросами в Австралии предполагает рост цен на электроэнергию и промышленные товары, но это не дает гарантии, что рынок будет инвестировать в безуглеродные альтернативы. Если учесть что многие загрязнители будут получать разрешения бесплатно, а другие — перекладывать дополнительные расходы на потребителей, некоторые них будут компенсированы правительством за более высокие расходы. Те, кто не получает компенсацию, относятся к категории высокодоходных предпринимательств и, соответственно, могут позволить себе более высокие расходы без риска отказа от своих привычек потребления.

Ещё одним фактором, который подтверждает, что компании вряд ли будут вкладывать средства в изменения производства и возобновляемых источников энергии, является то, что схема торговли ограничениями на выбросы Рудд позволяет компаниям приобретать неограниченные компенсации в Австралии и за рубежом. Таким образом, компании смогут компенсировать любые выбросы, на которые у них нет разрешений, путем сокращения выбросов углерода где-либо в другом месте. Проекты по компенсации пользуются дешевыми и сомнительными методами сокращения выбросов углерода, к примеру, финансирование высадки деревьев, а не проектов по возобновляемой энергии. Главная причина для инвесторов — высокая цена возобновляемой энергии, несмотря на её пользу для местного общества и нации. [22]

Возобновляемая энергия также не будет продвигаться с помощью торговли выбросами. На сегодня генераторы электроэнергии предлагают определенное количество электроэнергии для национального рынка электроэнергии по определенной цене на каждый период следующего дня. Если им придется платить за разрешения на выбросы, их предложенная цена, скорее всего, возрастет. Системный оператор выбирает самую дешевую электроэнергию для обеспечения ожидаемого спроса на следующий день. Поэтому он будет выбирать электроэнергию, произведенную из возобновляемых источников, только в том случае, если она дешевле или если другой доступной электроэнергии для удовлетворения этого запроса не хватает. Для каждого полного перехода на возобновляемую энергию углеродные кредиты должны быть достаточно дорогими, с целью повышения цен на электроэнергию на основе угля и газа в сравнении с возобновляемой энергией. Учитывая интересы промышленности, низкую капитализацию вытекающую из этого, компенсацию производителям угля и наличие этих самых компенсаций, такое вряд ли может случиться.

Некоторые страны Европы наоборот пользуются льготными тарифами на возобновляемую энергию, согласно которым любая доступная возобновляемая энергия должна покупаться розничными агентами по торговле исходя из фиксированной цены. Такой подход дает инвесторам некую уверенность, которая не может обеспечиваться рынками электроэнергии, и стимулирует инвестиции в возобновляемые источники энергии. В результате Германия, практикующая эту систему, на данным момент является мировым лидером в области ветровой и солнечной энергии; в свою очередь, затраты на производство возобновляемой энергии там существенно упали.

Тем не менее, существуют пределы потенциальных достижений Германии; электричество там было приватизировано, а это исключает прямое вмешательство и инвестиции со стороны правительства. Следовательно, возобновляемые источники энергии обеспечивают лишь часть потребления электроэнергии в Германии. Единственный надежный способ обеспечить более эффективное развитие таких альтернатив, как солнечная и ветровая энергия, — их дополнительное инвестирование.

Правительство может ставить экологические соображения выше краткосрочной прибыли, выбирая тот метод производства электроэнергии так, который не подошел бы ни одной частной компании. Более того, сосредоточенные ресурсы правительства позволяют проводить исследования и разработку новых технологий, которые обладают большим потенциалом для сокращения выбросов парниковых газов, к примеру, технологию горячих камней.

Жаль, что федеральное правительство потратило впустую свой пакет стимулов на ваучеры для покупок вместо того, чтобы вкладывать средства в возобновляемую энергию, с целью подготовить нацию к будущему и одновременно обеспечить сотни тысяч рабочих мест. [23] И хотя частные компании инвестировали средства в несколько заводов по производству возобновляемых источников энергии, только правительства, которым не требуется высокая краткосрочная отдача от своих инвестиций, могут предпринять согласованные усилия для инвестирования в технологии, необходимые для предотвращения дальнейшего глобального потепления.

Источники

  1. «Выбросы парниковых газов в Австралии», Канберра, правительство Австралии, декабрь 2008
  2. Шеннон Бедер, Большая игра: борьба за контроль над электричеством в мире, Мельбурн и Нью-Йорк, Scribe Publications и New Press, 2003, с. 97.
  3. Роберт Мелнбардис, «Дерегулирование власти вызвало загрязнение окружающей среды — Агентство НАФТА», World Environmental News, 19 июнь, 2002.
  4. Донелла Медоус, «Дерегулирование в Калифорнии не помогло ни потребителям, ни окружающей среде»,Grist Magazine, 22 January, 2001,http://www.gristmagazine.com/grist/citizen/citizen012201.stm
  5. «Ежегодный энергетический прогноз 2005», Управление энергетической информацией, 2005,http://www.eia.doe.gov/oiaf/aeo/electricity.html
  6. Worldwatch Institute, Vital Signs 2005: тенденции, которые определяют наше будущее, Нью-Йорк, У. У. Нортон, 2005.
  7. KPMG, «Препятствия для инвестиций на энергетическом рынке Австралии: взгляд инвесторов», Группа по реализации энергетических реформ (ERIG), ноябрь 2006, с. 13-14, 17.
  8. Чарли Хайли, «Губительная дерегуляция», Общественный гражданин, декабрь 2000, p. 5.
  9. Австралийская ассоциация электроснабжения цитирует статью «Загрязнение вверх под водой», Earth Island Journal, весна,Earth Island Journal, Spring, 2001, с. 3.
  10. Процитировано у Уенди Фрю, ‘«Зеленые Миллионы»,Сидней Морнинг Геральд, 14 сентября, 2005, с. 1.
  11. Процитировано у Уенди Фрю, «Плата за грязную торговлю»,Сидней Морнинг Геральд, 5 June, 2007
  12. Фрю, «Зеленые Миллионы», с. 11.
  13. Фрю, «Плата за грязную торговлю».
  14. «В Калифорнии принят строгий стандарт возобновляемых источников энергии», Служба экологических новостей, 16 сентября, 2002.
  15. «Цели Возобновляемой Энергии Даббл: Ийемма»,Эра, 9 November, 2006.
  16. Шеннон Бедер, Принципы и политики окружающей среды, Сидней, UNSW Press, 2006, глава 10.
  17. Джулиан O’Халлоран, «Как «падает» схема продажи карбона» BBC File on 4, 5 июня, 2007.
  18. Фред Пирс, «Самый драгоценный товар», Новый ученый, 8 января, 2005, с. 6.
  19. Джезеф Данн «Как зеленые проекты сталкиваются с углеродным кредитным кризисом», The Times, 8 March, 2009.
  20. O’Халлоран, «Как «падает» схема продажи карбона».
  21. Бедер,Принципы и политики окружающей среды, с. 180-2, 189-90.
  22. ‘Зелено-золотая лихорадка’, Австралийский фонд охраны природы и ACTU, 2008,http://www.unionfiles.com/green/Green_Gold%20_Rush_final.pdf

Определение неологизмов в японском языке с помощью корпусного анализа

Оригинал доступен по ссылке http://www.edrdg.org/

Джеймс Брин
Университет Монаша, Австралия

Аннотация

В японском и прочих языках, не использующих пробелы или другие маркеры между словами, определение и выделение неологизмов, а также прочих незафиксированных слов представляет собой определенный вызов. В данной статье мы рассматриваем проблемы, возникающие при определении неологизма, а также описываем и обсуждаем некоторые методы, использованные для преодоления этих затруднений.

Ключевые слова: японский язык, неологизм, кандзи, хирагана, катакана, сегментация, корпус, n-грамма

1. Введение

В «Оксфордском руководстве по практической лексикографии» (Аткинс и Ранделл, 2008) находим решительное утверждение, что «Компьютерные программы легко обнаруживают абсолютно новые слова». Авторы должно быть имели в виду европейские языки, где в современной орфографической практике каждое слово выделяется пробелами. Цитируемое утверждение явно не применимо к таким языкам, как японский или китайский, где между словами кроме знаков препинания нет ни единого очевидного маркера, и где само понятие «слово» часто является спорным.

В этой статье мы опишем последние исследования и те, что запланированы, с целью расширения некоторых методов, о которых сообщалось ранее, для того чтобы идентифицировать и выделить неологизмы из японских текстов (Брин 2004a; Брин 2005; Кадзи, Уно и Кацурегава 2009). Цель исследования – расширить зарегистрированный лексикон японского языка, как в бесплатном, так и в коммерческом словарях.

2. Обзор орфографии японского языка

Современный японский язык выражается в форме смешанного письма:

  1. кандзи (китайские иероглифы), использующиеся в основном в существительных, а также в корнях глаголов, прилагательных и т. д. Около 2 000 кандзи используются повсеместно, хотя полный перечень имеющихся составляет примерно 80 000. Большинство существительных используют два или более иероглифов кандзи, тогда как в глаголах обычно содержится один.
  2. слоговая азбука хирагана (46 символов плюс диакритические знаки: あ い う え お か き く け こ, и т. д.). В современном японском языке хирагана используется в основном для частиц, для изменения формы глаголов и прилагательных, для союзов и т. п.
  3. слоговая азбука катакана (также 46 символов плюс диакритические знаки: ア イ ウ エ オ カ キ ク и т. д.). Катакана в настоящее время используется для заимствованных слов, научных терминов, транскрипции иностранных имен и др.

Пример использования письменной речи можно увидеть в предложении スーパーで食品食買いました su-pa- de shokuhin o kaimashita: [Я] купил немного еды в супермаркете. Здесь кандзи используются в существительном 食品 (продукты питания) и в корне глагола 買う (kau – покупать), символы хирагана используются для частиц で и を, а также для вежливого склонения глагола в прошедшем времени (い ま し た), а символы катакана используются для сокращенной формы заимствованного слова スーパーマーケット (su-pa-ma-ketto — супермаркет).

3.Неологизмы в японском языке

Несмотря на богатый лексикон, в японском языке существует заметная тенденция перенимать слова и создавать новые (Ли 2002; Цудзимура 2006). В то время, как причины перенимания новых слов различны, существует ряд процессов, связанных с японским языком, способствующих созданию неологизмов:

  1. готовность принять заимствованные слова. В отличие от некоторых стран, где пытаются ограничить использование заимствованных слов, Япония не установила никаких официальных ограничений на использование таковых. Согласно оценкам, количество заимствованных слов, используемых в японском языке, достигает 80 000. Большинство этих слов были заимствованы непосредственно из английского, однако значительное их число, известное как васэй-эйго (японские псевдоанглицизмы) были собраны из английских слов или фрагментов слов.
  2. принятый морфологический метод создания слов путем объединения двух или более кандзи (китайских иероглифов), выбранных из-за их семантических свойств. Указанный метод широко использовался в середине XIX-го века, когда Япония восстановила отношения с остальным миром и нуждалась в расширенном лексиконе, чтобы оперировать приходящей в страну информацией технологического, культурного и т. п. характера. Этот процесс продолжается и дальше. В целом схожий метод используется для создания фразовых глаголов.
  3. тенденция создавать аббревиатуры, особенно из сложных существительных и длинных заимствованных слов. Например, официальный термин «студенческая скидка» на японском будет gakusei waribiki (学生割引), при этом общеупотребляемый термин – gakuwari (学割) образован из первых кандзи каждого из двух составляющих существительных. Аналогичный процесс применяется к заимствованным словам, что приводит к появлению таких слов, как sekuhara (セクハラ), обозначающее «сексуальное домогательство» (сокращение от sekushuaru harasumento).

Многие неологизмы в конечном итоге попадают в издаваемые словари; существует несколько специальных словарей неологизмов (shingo jiten, gendaiyôgo jiten), однако многие сокращения, фразовые глаголы и заимствованные слова внесены в словари в гораздо меньшей мере, тогда как носители языка обычно могут распознать их как таковые, а также распознать их произношение и значение.

Традиционные методы определения неологизмов подразумевают извлечение лексем и сравнивание их с лексической базой данных. У данного подхода могут возникнуть проблемы в случае с японским языком, поскольку здесь в орфографии нет разделения между словами. Как описано ниже, программные пакеты для сегментации текста в случае с японским языком обычно используют обширные лексиконы, позволяющие идентифицировать сегменты слов, но ведут себя непредсказуемо, когда встречаются строки, которых нет в словаре.

4. Сегментация слов в японском языке

Компьютеризированная сегментация японского текста когда-то считалась очень сложной задачей; некоторые писатели в 1980-х считали ее невозможной. С 1990-х годов появилось несколько хороших систем. Например ориентированный на исследования с открытым исходным кодом Juman (Киотский Университет), Chasen и MeCab (Институт науки и техники Нары), коммерческие и внутрифирменные системы от Basis Technology, NTT и Google. Все они сочетают в себе методы искусственного интеллекта с большими словарями (а это подразумевает, что слова для корректной работы должны быть уже известны).

В качестве примера такого программного обеспечения для сегментации рассмотрим предложение «その教師は講堂に学生を集めた。» (Тот учитель собрал учеников в аудитории) в обработке системой Chasen. В таблице 1 показаны результаты сегментации.

Сегмент слова Прочтение Лексическая форма Информация POS
その ソノ その 連体詞
教師 キョウシ 教師 名詞-一般
助詞-係助詞
講堂 コウドウ 講堂 名詞-一般
助詞-格助詞-一般
学生 ガクセイ 学生 名詞-一般
助詞-格助詞-一般
集め アツメ 集める 動詞-自立 一段 連用形
助動詞 特殊・タ 基本形
記号-句点

Таблица 1. Пример сегментации текста посредством CHASEN

Предложение сегментировано правильно и 集めた верно определено как склонение 集める в た (прошедшем времени).

Подобное программное обеспечение для сегментации обычно выводит неассоциированные строки иероглифов если встречаются такие слова, каких нет в их словарях. В таблице 2 мы покажем пример такой замены некоторых неизвестных слов (全堂 вместо 講堂 и 鼡黽 вместо 学生), что приводит к следующей сегментации.

Сегмент слова Прочтение Лексическая форма Информация POS
ゼン 接頭詞-名詞接続
ドウ 名詞-一般
未知語
未知語

Таблица 2. Пример парсинга неизвестных слов системой CHASEN

全堂 было идентифицировано как комбинация префикс-существительное, что правдоподобно, но кандзи в 鼡黽 были помечены как 未知語 (michigo: неизвестное слово). Хорошо известна склонность указанных программных систем выводить неассоциированные строки символов в том случае, если встречаются слова, которых нет в лексиконе. Была проведена некоторая работа по воспроизведению этих «неизвестных слов», но обычно это было в контексте разметки частей речи и анализа отношений зависимости (Асахара и Мацумото 2004; Учимото, Сэкинэ и Исахара 2001; Уцуру, Шимэ, Цучия, Мацуёси и Сато 2007).

5. Подходы в поиске новых слов в текстах на японском языке

Предлагаются три широких подхода для выявления неологизмов и прочих слов на японском языке, не внесенных в лексикон:

  1. сканирование текстов и прочих корпусов на предмет возможных «новых» слов, обычно путем обработки текстов с помощью программного обеспечения для сегментации и работы над задачами, которые находятся «вне лексикона»;
  2. подражание японским морфологическим процессам для произведения потенциальных слов, а после проверка корпусов на наличие этих «слов»;
  3. применение методов машинного обучения, для которых программное обеспечение было обучено определять языковые конструкции, обычно связанные с введением и обсуждение новых или редких слов.

Данные подходы обсуждаются ниже более подробно.

6. Сканирование текстов на неологизмы и на нелексикализованные слова

Главный подход заключается в следующем:

  1. обработке текстов с помощью программного обеспечения для сегментации с целью извлечения лексем. В идеале лексиконы, используемые программным обеспечением, должны быть расширенными, чтобы включать как можно больше известных слов;
  2. выявлении и анализировании случаев, когда анализ не удался. Это будет включать значительную постобработку, в том числе тщательное профилирование любых выявленных аффиксов, так как японский язык является агглютинативным языком, ввиду чего широко используются высокопроизводительные односимвольные аффиксы;
  3. выявление возможных незафиксированных слов;
  4. изучение слов в оригинальном текстовом контексте;
  5. развитие прочтения (то есть произношения) и значения слова.

Как сообщалось в (Брин 2005), было проведено первоначальное испытание, в ходе которого было проанализировано 500 статей из газеты Asahi Shimbun. Процесс сосредотачивался на изолированных не лексикализованных парах кандзи. Был обнаружен целый ряд не зафиксированных ранее слов, например:

  • ранее незафиксированные имена, например 武示 (Такеши), 晃毅 (Куки), 潔重 (Юкишигэ);
  • новые термины, например, 米紙 (американская пресса/газеты) и 軍歴 (записи военной службы);
  • множество сокращений, например, 日歯連 (из 日本歯科医師連盟 – Японское объединение стоматологов);
  • образования в газетном стиле, такие как 中韓 (китайско-корейский) и 仏誌 (французское издание);
  • несколько явно новых образований, таких как 入境 (пересечение границы или пограничный контроль) и 公助 (государственная помощь).

Мы можем опираться на тот факт, что заимствования в японском языке написаны слоговой азбукой катакана, что позволяет относительно просто их извлекать и сравнивать. Исследование также собрало незафиксированные слова, написанные на катакане. Примерно 20% слов на катакане были «новыми» и содержали:

  • множество транскрибированных имен (особенно китайских и корейских);
  • термины относящиеся к японской флоре и фауне;
  • множество вариантов общеупотребляемых заимствованных слов, например プロフィル (профиль) вместо более распространенного プロフィール;
  • целый ряд слов и выражений, которые стоит добавить в лексикон, например, ピープルパワー (народовластие) и ゼロメートル (нулевой метр, что в японском языке означает уровень моря).

7. Генерация возможных слов

В этом подходе мы подражаем японским морфологическим процессам, чтобы синтезировать потенциальные слова, а затем проверить, существует ли «слово» в лексиконе или же используется ли оно в корпусах.

Первые испытания использовали в качестве тестового корпуса WWW с доступом через запрограммированный интерфейс для поисковой системы (в данном случае Google API). Новый WWW-производный ресурс для такого тестирования – Google Japanese Web N-gram Corpus (Кудо и Казава 2007). Данный корпус использует текст, извлеченный из одномесячного моментального снимка WWW, сделанного в июле 2007 года. Текстовые строки были обработаны посредством MeCab, а также были подсчитаны и записаны все последовательности от 1-граммных до 7-граммных, которые встречались более 20 раз. Полученные n-граммы публикуются в виде набора файлов, содержащих от 2,5 млн 1-грамм до 570 млн 7-грамм (более 1,7 млн 1-грамм – это слова или соединения на катакане). Этот корпус обладает огромным потенциалом в исследованиях корпусной лингвистики и станет очень важным ресурсом в определении и выделении неологизмов.

Испытание приемов было проведено с использованием синтезированных сокращений кандзи на основе вышеупомянутого шаблона «2 кандзи из 4 кандзи» (например, 学生割引 сокращено до 学割) (Брин 2004a). Из лексикона JMdict (Брин 2004b) было извлечено приблизительно 8 000 фразовых глаголов, состоящих из 4-х кандзи и создано сокращения из 2-х кандзи, а  те, которые еще не были включены в словарь, были протестированы посредством WWW-страницы. Поскольку пары символов кандзи могут попадаться в различных контекстах, текст, в котором появились вероятные сокращения. Был проанализирован и классифицирован в соответствии с местоположением пары кандзи (окружающих ее кана, кандзи, пунктуации и т. д.) и количеством попаданий на WWW-страницу. Было определено приблизительно 700 потенциальных сокращений для проведения более глубокого анализа и установлено большое количество сокращений.

Дальнейшее исследование было проведено с использованием синтезированных фразовых глаголов (Брин и Болдуин 2009). В японских фразовых глаголах, образованных из двух или более глаголов, и выполняющих роль одного глагола, они являются весьма распространенными и высокопроизводительными. Например 歌い始める (начать петь) состоит из 歌う (петь) и 始める (начать или приступить). Из лексикона JMdict было выбрано 2 900 фразовых глаголов, извлечено две части глагола (700 и 600 соответственно) и создано 420 000 предполагаемых фразовых глаголов. Они были протестированы в трех наиболее распространенных флексиях посредством Google n-граммного корпуса, и были установлено, что примерно 22 800 из них используются (а 4 800 были внесены в ряде словарей). Были детально исследовано 22 800 образцов, что указывает на достижение более чем 90%-ной точности.

8. Прямое сканирование n-граммного корпуса

Наличие японского n-граммного корпуса открыло возможность их поиска непосредственно для слов, не внесенных в словарь. Например, из 2 000 общеиспользуемых кандзи возможных соединений, состоящих из 2-х кандзи, имеется всего 4 миллиона и существует возможность сканировать n-граммный корпус для появления подобных соединений в подходящих текстовых контекстах, таких как последовательности кана-кандзи-кандзи-кана.

Прямое сканирование также использовалось для расширения извлечения фразового глагола, упомянутого выше. N-граммный корпус был отсканирован с использованием символического шаблона фразового глагола и выбранных вариантов, отфильтрованных для действительных флективных значений. Было обнаружено около 80 000 возможных составных глаголов (из которых 6 200 находились в словарях), и выборка показала, что была достигнута точность около 60%.

9. Машинное обучение

Как отмечалось выше, японскому языку присуща тенденция перенимать слова и создавать новые. В результате происходит продолжительная дискуссия касательно новых слов в японоязычных газетах, страницах WWW и т. д., а в Японии имеется несколько WWW-сайтов посвященных подобного рода дискуссиям. Обсуждение значений слов, связанных с неологизмами и т. п. склонно следовать определенным языковым паттернам, например, отрывок обсуждения неологизма オタ芸 содержит следующее:

«オタ芸(オタげい・ヲタげい)とは、アイドルや声優などのコンサートや. ..». Здесь произношение ставится в скобки после слова и сопровождается «とは» – частицей, которая обычно используется для обозначения экспликации термина. Существует ряд подобных лингвистических паттернов, и в настоящее время ведутся исследования по обучению программного обеспечения созданного для классификации текстов обнаруживать документы, содержащие такие отрывки – это позволит проводить целенаправленный анализ документов, которые могут содержать неологизмы.

10. Вывод данных

Произношение или чтение незафиксированного слова – это задача написанных кандзи (Слова, написанные на хирагане или катакане, будут обладать установленным произношением). Существует две проблемы, которые необходимо решить при установлении произношения таких слов:

  1. в отличие от китайского, где каждый символ обычно имеет одно произношение, в японском языке у каждого символа обычно имеется несколько вариантов произношения. Некоторые произношения встречаются чаще, чем другие, и это может генерировать наиболее вероятные произношения для последующего тестирования;
  2. произношение целого ряда иероглифов, находящихся в начале слова, звучит глухо, а в середине слова – звонко. Например, 所 в начале слова звучит как tokoro, но где-либо еще будет звучать как dokoro. Правила этого процесса сложны и неполны, например, 島 (остров) в одном и том же контексте произносится и как shima, и как jima.

Существует тенденция писать произношение необычных слов в скобках после его первого появления в тексте. Это позволяет тестировать варианты произношения путем поиска словосочетания с его вероятным произношением.

11. Вывод значений

Это, несомненно, традиционно самая интенсивная и времязатратная часть лексикографии. В плане процессов, лежащих в основе корпусов, мы работали над автоматическим выводом значений вариантов с последующей проверкой человеком и верификацией.

Что касается автоматического вывода значений, то можно высказать некоторые общие наблюдения:

  1. для сокращений процесс является относительно простым, так как сокращение почти всегда несет в себе значение исходного слова или выражения;
  2. касательно фразовых глаголов достигнут значительный успех в сочетании семантической и лексической информации, касающейся компонентов глаголов. В этой сфере англоязычный n-граммный корпус также оказывается полезным в выявлении наиболее вероятных вариантов;
  3. для выражений, состоящих из нескольких слов, хорошие результаты часто можно получить, протестировав комбинации значений составляющих слов, например, 海底電線 → (подводный) (электрический, телефон, линия, кабель, провод), приводят к варианту «подводный кабель» как к наиболее вероятному;
  4. заимствованные слова, написанные на катакане, могут быть проблемой. В то время как имеется некоторый успех в обратном переводе на английский – особенно в сочетании с проверкой размещения на страницах WWW, – существует также постоянная проблема с псевдо-заимствованиями, созданными из иностранных слов или фрагментов слов, и из заимствований не из английского языка (корейского, французского, немецкого и др.);
  5. заимствованные существительные/выражения можно использовать по аналогии с прочими. Например スパイスライス можно проанализировать как специя+рис или шпион + ломтик, однако проверка посредством английских n-грамм показывает, что правильным будет первый вариант.

12. Итог

Характер японской орфографии делает обнаружение неологизма более трудным, чем во многих других языках.

Современная компьютерная лингвистика обладает методами и ресурсами, чтобы помочь как в идентификации японских неологизмов, так и других незафиксированных слов, а также определить прочтение и значение слов. Это является основной областью исследований и здесь предстоит еще много работы.

Рекомендованная литература

Асахара М. и Матсумото Й. (2004) Идентификация неизвестного японского слова на основе характера сокращения. COLING 2004, Женева.
Брин Дж. (2004a). Расширяя лексикон: поиск сокращений. Семинар по мультиязычным словарным проектам Papillon, Гренобль, 2004.
Брин Дж. (2004b). JMdict: Японско-мультиязычный словарь. COLING Семинар по мультиязычным лингвистическим ресурсам, Женева, август 2004 г.
Брин Дж. (2005). Расширяя лексикон: сбор неологизмов в японском языке, Семинар по мультиязычным словарным проектам Papillon, Чианграй, Таиланд, 2005.
Брин Дж. и Болдуин Т. (2009). Извлечение на базе корпуса японских фразовых глаголов. Австралийский семинар по языковым технологиям (ALTW2009), Сидней, декабрь 2009 г.
Кадзи Н., Уно Н. и Кацурегава М. (2009). Извлечение неологизмов из Большого диахронического веб-архива для поддержки лингвистических исследований. Информационные технологии и управление информационными потоками (DEIM2009), Токио, Япония. (на японском языке).
Кудо Т. и Кадзава Х. (2007). Первая версия Japanese Web N-gram Corpus, Google/Консорциум лингвистических данных, http://www.ldc.upenn.edu/
Ли С.К. (2002). Лексические неологизмы в японском языке. Конференция австралийской ассоциации по «Исследованию в образовании», Брисбен, 2002.
Накадзава Т., Кавахара Д. и Курохаси С. (2005). Автоматическое обнаружение базового лексикона на катакане в данном корпусе. IJCNLP, 2005.
Цудзимура Н. (2006). Введение в японскую лингвистику. Блэквелл, 2-е издание, 2006 г.
Учимото К., Сэкинэ С. и Исахара Х. (2001). Проблема неизвестных слов: морфологический анализ японского языка с использованием максимальной энтропии, способствующей словарю. EMNLP 2001.
Учимото К., Болдуин Т. и Ишизаки С. (2005). Неоднозначные японские фразовые глаголы. Компьютерная речь и язык, Том 19, выпуск 4, октябрь 2005 г. (Специальный выпуск по Multiword Expression)
Уцуру Т., Шимэ Т., Цучия М., Мацуёси С. и Сато С. (2007).
Анализ сокращения и отношения зависимости сложноподчиненных функциональных выражений в японском языке. Текст, речь и диалог машинного обучения: 10-я Международная конференция, TSD 2007, Пльзень, Чехия.

 

Крушение Титаника: Официальные данные о потерях

Оригинал доступен на сайте anesi.com

Прежде всего, если бы вы были мужчиной, то вам бы не повезло. Общий Titanic disaster: percent of passengers saved by sex and ageпроцент выживших мужчин составил 20%, выживших женщин — 74%, детей — 52%. Да, это были действительно «женщины и дети в первую очередь».

Но как насчет класса? Что ж, женщины из третьего класса имели на 41% больше шансов выжить, чем мужчины из первого класса. А у мужчин из третьего класса шансы выжить были вдвое лучше, чем у мужчин из второго класса.Titanic disaster: percent of passengers saved by sex, age, and class

Да, класс является гораздо более слабой переменной в определении выживаемости, чем пол или возраст. Действительно, большая часть различий в показателях выживаемости первого и третьего классов может касаться только к пола. Причина этого проста: 44% пассажиров первого класса были женщинами, тогда как только 23% пассажиров третьего класса были женщинами. Поскольку коэффициент выживаемости среди женщин был намного выше, чем коэффициент выживаемости среди мужчин, мы, таким образом, предполагаем гораздо более высокий коэффициент выживаемости среди пассажиров первого класса в целом, чем для пассажиров третьего класса в целом.

И если не брать во внимание половые и возрастные различия, то почему кого-то удивляет, что у пассажиров с нижних палуб выживаемость ниже, в отличие от у пассажиров, находившихся на палубе, которая ближе к палубе со шлюпками? (Чтобы просмотреть результаты Исследования лорда Мерси, касающиеся выживаемости пассажиров третьего класса см. ниже под Отчетом лорда Мерси)

Таблица Фактический процент выживших согласно полу, возрасту и классу Titanic disaster:  Official casulaty figures from Lord Merseys report(по сравнению с ожидаемыми показателями выживаемости, основанными только на показателях пола и возраста) разъясняет разницу в коэффициентах выживаемости, связанных с (но не обязательно вызванных) классом. Если бы пол и возраст были единственными переменными, определяющими вероятность выживания, то мы бы предполагали, что шанс на выживание у женщин из каждого класса будет 74,35%, у детей — 52,29%, а у мужчин — 20%. Применяя эти данные по процентам к фактическому количеству женщин, детей и мужчин из каждого класса, мы вычисляем ожидаемое число выживших. Затем мы подсчитываем, как это число отличается от фактического числа выживших в отношении конкретного пола, возраста и класса.

Данный метод показывает, что ожидаемая общая выживаемость для Titanic disaster: Actual survival rates by sex, age, and class compared to expected survival ratesпассажиров первого класса составила 44,68%, для второго класса — 40,46%, для третьего класса — 36,32%, а для экипажа — 21,38%. Он также демонстрирует, что фактическая выживаемость для первого класса в целом была на 39,80% выше, чем ожидалось, а для третьего класса в целом на 30,58% ниже, чем ожидалось.

Более примитивный подход — принятый большинством авторов, пишущих на эту тему — заключается в том, чтобы разделить общий процент выживших из первого класса (62,46%) на общий средний процент выживших (31,97%), и сделать вывод, что у пассажиров первого класса шансов выжить было в два раза больше, чем у среднего пассажира, и приписать всю эту разницу классу. Глупость такого подхода очевидна.

И, продолжая речь о глупости, те, кто заинтересован в продолжении веселья, могут заценить статью «Это было грустно» в «The New Yorker», 14.10.96, с. 94. Автор несколько страниц молол вздор в тщетной попытке развенчать то, что окрестил «мифом» о мужском героизме во время крушения Титаника. Поскольку у него не было фактической основы для своих убеждений, результат оказался поразительно плохим. Чтобы изучить истоки некоторых из логических ошибок, которые подвергнуты критике выше, см. статьи об Экологической ошибке и  Парадоксе Симпсона, обе в ужасающей степени поражающие общепринятый анализ количественных данных. Если вы заинтересованы в проведении анализа выживаемости на уровне отдельных пассажиров, то см. Конкурс на тему Титаника от Kaggle. (Если бы я брал тут участие, то я бы, вероятно, использовал градиентный бустинг для машин, но это находится далеко в конце моего списка вещей, которые нужно сделать. Если вам интересно — попробуйте)

Напоследок обратите, пожалуйста, внимание на то, что сравнение абсолютного числа выживших в различных категориях не учитывает вероятность выживаемости пассажиров в любом из данных классов. Исходя из этого, все следующие утверждения верны:

  • «Среди тех, кто выжил, дети третьего класса превосходили по численности детей первого класса в соотношении более чем четыре к одному» (это верно, но доля выживших детей из третьего класса составила всего 34,18% по сравнению со 100% [или, может быть, 85,71%, см. заметки о Хелен Эллисон ниже] детей из первого класса. В третьем классе было просто намного больше детей).
  • «Мужчин выжило больше, чем женщин» (это верно, но выжило только 20% пребывавших на борту мужчин, по сравнению с 74,35% женщин. Опять же: на борту было гораздо больше мужчин, чем женщин).
  • «Мужчин из второго класса выжило более чем вдвое больше, нежели детей из первого класса» (ну да, это так, но ВСЕ дети из первого класса выжили, по сравнению только с 8,33% мужчин из второго класса).

Курьезные наблюдения, конечно, но люди в самом деле говорят вещи наподобие этих. Они не затрагивают главный вопрос о том, отнеслись ли к женщинам и детям как к приоритету. Как показывают цифры, приведенные выше, так, несомненно, и поступили.

Отчет лорда Мерси

Приведенные выше данные о жертвах взяты из Отчета лорда Мерси (Документы Парламента Великобритании «Потери при морской перевозке» (потеря парохода «Титаник»), 1912 год, официальный правительственный документ 6352: Отчет об официальном расследовании обстоятельств, при которых 15 апреля 1912 года затонул британский пароход «Титаник» (из Ливерпуля) после удара об лед и находившегося в точке с координатами 41°46′ северной широты, 50°14′ западной долготы (или недалеко от нее), в северной части Атлантического океана, а также в результате чего погибли люди (Лондон: Канцелярия Его Величества, 1912 год). Отчет лорда Мерси доступен в основных библиотеках в Соединенных Штатах и ​​в других местах. Данные о жертвах приведены на стр. 42 отчета. Однако статья «Титаник, Потеря» в 13-м издании Британской энциклопедии ( Лондон, 1926 года), также приводит цифры о жертвах и ее легче найти (чтобы ответить на повторяющийся вопрос: хоть «Карпатия» и подобрала 712 выживших, один из них погиб по дороге в Нью-Йорк и был включен в число жертв, уменьшив общее количество выживших до 711.)

Одно вероятное отклонение от цифр в отчете лорда Мерси было обратило на себя наше внимание. Оно касается потери одного ребенка из первого класса, мисс Хелен Лорейн Эллисон. Для получения дополнительной информации см. Encyclopaedia Titanica. Поскольку указанная жертва, независимо от того, включена она или исключена, не влияет на анализ, и мы не смогли посмотреть первоисточники, подтверждающие ее, мы решили оставить цифры предоставленные лордом Мерси такими, какие они есть. Ясно, что мы никогда точно не узнаем, сколько людей погибло в результате крушения, поскольку мы не знаем с абсолютной уверенностью, сколько людей было на корабле.

В отчете лорда Мерси рассматривался (стр. 40) вопрос о низком проценте выживших пассажиров из третьего класса:

«До начала расследования предполагалось, что с пассажирами третьего класса поступили несправедливо, что доступ к палубе со шлюпками был затруднен и что, когда они наконец достигли этой палубы, пассажирам первого и второго классов был предоставлен приоритет при занятии мест в лодках. Похоже, что в данных предложениях не было правды. Несомненно то, что процент спасенных пассажиров из третьего класса намного меньше процента спасенных из первого и второго классов, но это объясняется большее нежеланием пассажиров третьего класса покидать судно из-за их нежелания расстаться с багажом, из-за трудностей с их подъемом из занимаемых ими помещений, находившихся в отдаленных местах на корабле, и по другим аналогичным причинам. Интересы родственников погибших пассажиров третьего класса находились в руках мистера Харбинсона, участвовавшего в расследовании от их имени. В конце своего обращения в суде он сказал: «Я хочу четко высказать то мнение, что в ходе данного дела не было представлено никаких доказательств, подтверждающих обвинение в том, что была предпринята любая попытка задержать пассажиров третьего класса … Далее я хотел бы сказать, что нет никаких доказательств того, что, когда они достигли палубы со шлюпками, существовала какая-либо дискриминация, какую проявили либо офицеры, либо моряки при посадке их в лодки».

«Я удовлетворен тем, что объяснение неадекватного соотношения нельзя найти в предположении, что с пассажирами третьего класса несправедливо обращались каким-либо образом. С ними не обращались несправедливо».

Следствие установило, что причина катастрофы — чрезмерная скорость Титаника:

«Тщательно изучив обстоятельства вышеупомянутой аварии на судне, Суд, согласно причинам, указанным в Приложении к настоящему документу, приходит к выводу, что потеря указанного судна произошла в результате столкновения с айсбергом, вызванного чрезмерной скоростью, с которой двигался корабль.

От 30 июля 1912 года,

МЕРСИ, Гл. инспектор по расследованию крушения»

Что довольно хорошо подводит итоги. Ну серьезно, какой идиот будет вести корабль на полном ходу ночью через ледяное поле? Этот вопрос был задан Джоном Эрискином в его примечательном эссе  Моральное Обязательство быть умным:

Итак мы забываем о шокирующем промахе Атаки легкой бригады и с гордостью поем о героизме жертв. Чтобы мы не льстили себе, что такая выходка, совершенная в защиту, умерла вместе с нашими предками — это прочтение глупости с точки зрения драматической храбрости, которая терпит ее результаты — давайте вспомним, что недавно, после четкого предупреждения, мы вели корабль на максимальной скорости через поле айсбергов. Когда мы были взволнованы, прочитав о том, как великолепно эти сотни погибли по-английски, человек указал, что умерли они воистину по-английски, и что наша гордость была по этой причине несвоевременной; что вся эта храбрость была потрачена впустую; что трагедия заключалась в кораблекрушении разведданных. Этот обескураживающий человек был ирландцем.

Для еще более восхитительного чтения см. Полный текст рекомендаций суда с целью повышения безопасности судов и людей на море  at sea, что значительно повысило безопасность морских путешествий.

Дополнительную информацию из первоисточника о крушении Титаника можно найти в Encyclopaedia Titanica.

Ответы на различные вопросы

1. Каково было количество и вместимость спасательных шлюпок?

Общая вместимость была 1178 (достаточная для 53% из 2201 человека на борту). Всего было 20 лодок: 14 спасательных шлюпок, каждая рассчитанная на транспортировку 65 пассажиров; 2 аварийных катера, каждый вместимостью 40 пассажиров; и 4 лодки Engelhardt (разборные), каждая из которых способна перевозить по 47 пассажиров.

2. Сколько спасательных шлюпок было спущено на воду, и какова была их вместимость?

На воду были спущены все 14 спасательных шлюпок, две аварийные лодки и две лодки Engelhardt. Они вмещали 1084 пассажира. Очевидно, что многие лодки не были загружены полностью. Для этого существовало много причин; поначалу многие женщины и дети просто не хотели, чтобы их спускали на 65 футов от шлюпочной палубы к воде. Некоторых мужчин посадили в лодки просто для того, чтобы показать, что это безопасно, и развеять страхи других пассажиров (две лодки Engelhardt, которые не были спущены на воду, всплыли, когда затонул Титаник, и использовались в качестве плотов).

3. Почему в лодки посадили мужчин, если еще не посадили всех женщин и детей?

Одна из причин была только что указана в ответе на вопрос №2. Другая заключается в том, что места в спасательных шлюпках было достаточно для ВСЕХ женщин и детей (всего 534 человека) А ТАКЖЕ для 550 мужчин (общая вместимость спущенных на воду лодок составила 1084 человека). Это объясняет, почему, особенно когда ситуация стала более экстренной, в лодки начали сажать больше мужчин. Действительно, если бы экипажи лодок загружали по одному мужчине на каждую загруженную женщину или ребенка, то они могли бы ожидать спасения всех женщин и детей, а также стольких же мужчин. [Я полагаю, что если бы этот подход был принят с самого начала, лодки были бы загружены быстрее, страх пассажиров уменьшился бы, поскольку семьи были бы вместе, и в конечном итоге было бы спасено намного больше жизней]

4. Каковым был последний отправленный сигнал?

Последнее сообщение о бедствии было отправлено с Титаника на азбуке Морзе и это:

CQD CQD SOS SOS CQD DE MGY MGY

«CQD» было в то время распространенным международным сигналом бедствия; «SOS» был более новым сигналом бедствия. «DE» — международный сигнал, означающий «от» — он был взят из предлога во французском языке и имел то же значение. «MGY» был позывным Титаника. Сообщение было отправлено  с помощью искрового передатчика Джоном Дж. Филлипсом, главным оператором компании Marconi на «Титанике». Для получения информации об этом аспекте крушения «Титаника» см. перечень ссылок о «Беспроводной связи на RMS Титаник» на сайте Установка беспроводной сети Marconi на R.M.S. Титаник.

Размышляя о письме

Оригинал доступен на сайте palomar.edu

Письмо неестественно

Письмо является неестественной деятельностью. В отличие от разговора, которому все нормальные дети учатся самостоятельно в процессе взросления, письмо нужно учить и для него требуется использовать инструменты. Поразмышляйте об этом. Вы можете вести разговор в любое время и в любом месте. Вам не нужно никакого специального оборудования. Среда, необходимая для устной речи — воздух, которым мы дышим, а сама речь — это просто особенный способ дыхания. Вы проделываете всю работу только посредством вашего собственного тела. Говорить — это естественно. Но для того, чтобы писать, требуются специализированные инструменты. Вам необходим инструмент для письма — ручка, карандаш, долото или стилус. Вам нужно что-то, на чем писать — бумага или кора или камень. Но самый важный инструмент, который мы используем при письме, — это тот, который мы часто вообще не считаем инструментом. Вам нужен набор узнаваемых символов для изображения слов — иероглифы, идеограммы или же, по большей части, самый знакомый и распространенный пример — фонетический алфавит. Алфавит — это набор инструментов. В отличие от слов, которые мы произносим, буквы алфавита должны были быть придуманы людьми. Вы научились говорить на своем родном языке, просто праздно шатаясь и слушая его. Но когда вы учились читать и писать, то вам надо было сесть и учиться — сначала научиться распознавать буквы и ассоциировать их с соответствующими звуками, а затем самостоятельно воспроизвести посредством карандаша и бумаги.

Остановитесь на мгновение и подумайте о различиях между письмом и устной речью, потому что эти различия объясняют многое из того, что проблематично — или кажется проблематичным — в плане письма.

Во-первых, писать получается гораздо медленнее, чем говорить. Мне потребовалось в четыре раза больше времени (44 секунды) для того, чтобы набрать предложение, которое составляет предыдущий абзац, чем мне потребовалось времени для того, чтобы прочитать его в обычном темпе (11 секунд). А я много печатаю. Попробуйте провести эксперимент самостоятельно. Даже с помощью замечательных инструментов, доступных нам сегодня — текстовых процессоров и средств проверки орфографии — письменная речь занимает больше времени. Почему это важно? Одна из причин заключается в том, что наш мозг настроен работать со скоростью разговора, эмпирически реагировать на меняющиеся обстоятельства и очень быстро давать ответ. Письменная речь заставляет нас растягивать процесс самовыражения. Это может быть очень неудобно, и это может потребовать от нас изучения совершенно нового способа познания языка. Для этого требуется много практики.

Во-вторых, мы всегда — или почти всегда — общаемся с другими людьми. Но пишем мы, в определенном смысле, в одиночку. Когда я говорю или слушаю, я обычно смотрю на кого-то другого, но когда я пишу, я обращен к себе или смотрю на то, что пишу. Большинство из нас научились говорить, следя за речью других людей, в то время как мы их слушали, да и до сих пор, когда мы разговариваем с кем-то, мы обычно смотрим на человека, с которым разговариваем. Мы научились справляться с процессом слушания, не созерцая говорящего — мы можем разговаривать по телефону или слушать радио. Но даже тогда мы можем представить выражения, которые сопровождают голос говорящего. Почему телевидение популярнее, чем радио? Потому что более увлекательно и естественно видеть человека, которого мы слушаем. Когда мы говорим или слушаем, то у нас обычно есть прямая связь с другим человеком посредством органов чувств, предназначенных для зрения и слуха. И это является динамичным, быстро меняющимся вводом, который осуществляется со скоростью естественной речи. Когда мы читаем или пишем, мы вообще не смотрим на другого человека и не слышим ничего, что имеет отношение к значению слов. При чтении, если мы можем читать довольно быстро, мы можем представить говорящего; мы можем «услышать» в наших умах то, что не можем услышать в наших ушах. Но когда мы пишем, мы должны смотреть, как мы пишем. Поскольку написание требует использования сложных инструментов (ручка, бумага, алфавит), мы должны смотреть на себя, чтобы делать это правильно. Попробуйте такой эксперимент: пишите от руки с нормальной скоростью с закрытыми глазами или держите лист бумаги над рукой, чтобы скрыть бумагу, на которой вы пишете. Многие люди не могут писать с нормальной скоростью в этих условиях. Часто они могут выделывать детские каракули, которые трудно читаемы. Если вы печатаете на ощупь, то вам ,конечно, не нужно смотреть на клавиатуру во время ввода, но вам нужно постоянно следить за тем, что вы печатаете на экране или на странице. (Кстати, интересное упражнение — набирать в текстовом процессоре некоторое время с выключенным монитором, чтобы вы не могли видеть, что пишете. Позже я расскажу вам, почему это полезно делать, но вы также заметите, что сначала очень трудно заставить себя так делать, поскольку вы должны видеть, что вы пишете, в тот момент, когда вы это делаете). Тот факт, что вы не в состоянии получать информацию от других людей, пока вы пишете, означает, что письмо требует гораздо более высокой степени концентрации, чем устная речь, слушание или даже чтение. Это и хорошо, и плохо. Плохая новость заключается в том, что письмо может показаться уединенным занятием, при котором вам приходится долго ждать, чтобы получить обратную связь, которая, в случае если вы беседуете с кем-то, возникнет мгновенно.

Третье различие между письмом и устной речью заключается в том, что письмо более постоянно и, как следствие, более публично, чем произносимые слова. Когда вы ведете беседу, то слова исчезают, как только выходят из ваших уст; они существуют только в уме слушателя. Так что устная речь, будучи настолько непостоянной, очень переменчива. Когда то, что я имею в виду не совсем понятно с первого раза, то я просто повторяю это немного по-другому. Если человек, с которым я разговариваю, выглядит сбитым с толку, то я объясню, что я имел в виду. Если вы когда-либо читали прямую запись разговора с кем-то, то вы, возможно, заметили, насколько отрывочность и случаи с неудачным началом являются обычным явлением при разговоре. Мы не часто замечаем это как слушатели, потому что мы настолько привыкли к подобному. Как слушатели и выступающие, мы автоматически «стираем» ошибки и искажения, когда те исправляются. Когда мы говорим, мы постоянно «пересматриваем» то, что говорим. Это сделать легко. С другой стороны, когда мы выражаемся письменно, то существует запись того, что мы написали — никогда не меняющаяся и одинаковая для всех читателей. Каждый, кому попадет в руки то, что мы написали, увидит в точности то же самое. Такое постоянство является одной из сильных сторон письменной речи. Оно сохраняет наши идеи и позволяет нам распространять их как можно большему количеству людей. Не случайно первые великие цивилизации появились тогда, когда было изобретено письмо. Без письма человеческое общение строго ограничено. Я не могу донести то, что я думаю, большему количеству людей, чем тому количеству, которое могу собрать при помощи звука моего голоса. Но благодаря письму я могу сделать постоянную запись того, что я сказал, и мои слова могут путешествовать на край света. Письмо создало закон, литературу и правительство, поскольку мы понимаем, что они осуществимы. И этому поспособствовало именно факт постоянства: то, что  слова остаются в живых даже после того, как писатель прекращает свою деятельность или умирает.

Таким образом, между устной речью и письмом есть как минимум три важных различия. Говорить быстрее; письмо занимает больше времени. Устная речь является социальной, осуществляется в присутствии других людей; письменная речь в некоем смысле является частной, что требует от нас сосредоточения на самом процессе написания. Разговор преходящий, а письмо перманентно. Нам следует подумать об этих различиях, поскольку мы пытаемся осмыслить и справиться с задачей стать лучшими писателями.

Один из выводов, который мы можем сделать, заключается в том, что письмо по своей сути в некотором роде является сложным. То есть сложность в самой природе акта письма, поэтому мы всегда будем сталкиваться с этой сложностью. В данном смысле письмо не похоже на ходьбу, беседу или вождение автомобиля. Эти вещи становятся легкими при наличии достаточной практики. Письмо больше похоже на игру в баскетбол, шахматы или владение гитарой. Такие виды деятельности всегда будут трудозатратными, даже после того, как вы многое сделали: чтобы делать это хорошо, требуется много усилий и концентрации. Это и плохо, и хорошо. Плохая новость заключается в том, что если мы ожидаем, что настанет некий момент, когда мы сможем пройти какой-то тест или какой-то курс, освоить какую-то технику, трюк или достичь некоторого уровня в практических навыках, когда написание больше не потребует реальных усилий, то нам следует разочароваться. Хорошая новость заключается в том, что почти все задачи в жизни, какие мы решаем ради них самих, в этом плане сложны. Никто не посвящает жизнь обычной ходьбе. Но баскетбол, игра на гитаре или письмо могут стать карьерой или даже навязчивой идеей. В конечном счете, только сложные по своей природе задачи являются интересными и увлекательными.

Если письмо кажется вам трудным и вы чувствуете, что вам такой опыт не нужен или что вы в этом автономны или несовершенны, то вы можете расслабиться. Это трудно для вас; это трудно для меня; это было сложно для Генри Дэвида Торо, Джеймса Джойса и Уильяма Фолкнера. Вы нормальны.

Принятие вызова

У людей, желающих освоить любой сложный навык, есть подобный опыт. Если то, что вы ищете — это способ получить результаты без каких-либо усилий, то вы теряете время. Но существуют моменты, благодаря которым вы можете рассчитывать на более существенный результат от своих усилий. Некоторые из этих моментов определяются особенностями письма, которые мы обсуждали.

Поскольку говорить, слушать и читать легче, чем писать, вы должны использовать это при подготовке к письму. Гораздо сложнее решить, как сказать кое-что, прежде чем вы это кое-что скажете. И определенно еще труднее решить, как в письменной форме передать что-то, чего вы никогда не воспроизводили в разговоре. Поговорите с людьми о том, во что вы верите. Проверьте свои идеи в более быстрой, менее постоянной среде речи, прежде чем пытаться изложить их в более медленной, более постоянной письменной форме. Прочитайте все, что вы можете о том, что вы хотите написать, а затем поговорите об этом с кем-нибудь. Помните, что у вас не будет возможности увидеть, как люди реагируют, когда вы им пишете, но у вас есть шанс увидеть, как они реагируют, когда вы с ними разговариваете.

Используйте навыки, которые у вас есть, чтобы помочь себе развивать новые. Нам всем легче говорить, чем писать. Поэтому, даже когда вы пишете — озвучивайте это. Попробуйте озвучить то, что вы хотите сказать, а затем запишите это. Когда вы пишете — остановитесь, чтобы прочитать вслух то, что вы написали, и чтобы вы могли услышать это. Процессы говорения и слушания заставляют части вашего мозга выполнять задачу, помогающую вам сосредоточиться на том, что именно вы говорите, и достичь необходимого уровня концентрации. Если вы замечаете, что ваша концентрация в ходе письма рассеивается — прочитайте вслух то, что вы уже написали, а затем представьте, что вы говорите об этом с кем-то и ведете воображаемую беседу. Произнесение вслух поможет вам писать более сосредоточенно. Насколько я могу судить, очень опытные писатели развили способность «слышать» то, что они пишут, так что для них акт письма ближе к акту речи, чем для прочих.

Предположим, что написание всегда займет больше времени, чем вы ожидаете. Иметь идею и писать об идею — это разные процессы. Письменная речь занимает больше времени, чем разговор. А так как когда мы пишем, нам не хватает обратной связи, то это продолжает волновать нас во время разговора, мы собираемся остановиться и начать гораздо больше, когда пишем, чем если бы мы объясняли кому-то свои идеи. И поскольку письмо является постоянным, мы часто боимся изложить свои идеи на бумаге. Все эти вещи, которые являются нормальными и неизбежными, означают, что если мы попытаемся заставить себя писать быстро, мы, вероятно, вообще не будем писать. Если вы думаете, что единственный способ написать — это не в срок, и поэтому откладывать запись до последней минуты, вы оказываете себе плохую услугу. Вы понятия не имеете, что вы могли бы сделать, если бы вы дали себе время, чтобы сделать это.

С другой стороны, хоть мы и не можем заставить себя писать быстро, если мы позволим себе писать быстро, мы обнаружим, что письмо окажется более плавным, легким и естественным. Разница здесь — это разница между «заставить» и «позволить». Когда мы думаем в наиболее эмпирическом ключе, когда мы наиболее эффективно выдвигаем идеи, тогда мы чувствуем, что письмо больше всего похоже на разговор. Оно будет совершаться не так быстро, как разговор, но может показаться, что совершается даже быстрее, когда мы действуем подобным образом. Что замедляет нас, так это то, что все мы боимся постоянства письменной речи. Мы боимся ошибиться, сказать что-то, чего мы не имели в виду, показаться глупыми. Мы можем несколько контролировать этот страх, если осознаем, что имеем некоторый контроль над тем, насколько постоянным и публичным является наше письмо. Мы можем оставлять некоторые наши произведения конфиденциальными, позволяя посмотреть на них и дать нам обратную связь тем людям, которым доверяем. Мы можем проверить произведение, прежде чем сделать его публичным. Если я знаю, что первый набросок моего эссе увижу только я или только несколько человек, то я могу расслабиться и сказать все, что захочу. Я могу позволить себе быстро написать свой первый набросок, потому что он не для всех. Исправить такое положение вещей я всегда смогу позже.

Письмо естественно

Поскольку произведение — в процессе его создания — является личным, мы можем иногда полагать, что оно может личным и оставаться. Многое из того, что мы пишем в школе, кажется таким. Мы пишем только для учителя, и мы верим, что учитель никогда не разболтает это. На самом деле, большая часть из того, что как учителю писали мне ученики, было написано людьми, не ожидающими, что кто-нибудь еще прочтет это или хотя бы обратит на это внимание. Писанина, являющаяся обычным упражнением в классе, и у которой нет настоящей аудитории — это пустая трата времени каждого. Почему?

Что ж, спросите себя вот о чем: что хорошего в том, что вы (теоретически) занимаетесь писаниной? Ответ должен быть в той или иной форме, что письменная речь — это способ, которым вы можете влиять на людей: изменить их поведение, открыть их умы, показать им свой образ мышления, сделать их счастливыми, рассердить их, заставить их задавать вопросы и отвечать на вопросы. Письменная речь будет важной для вас в жизни, потому что она для вас — способ создать свой мир. Но письменная речь может сделать это, только если люди прочитают и поймут ее. Для вас никогда не будет иметь большого значения то, сможете ли вы составить правильно сформированное предложение, если только люди, на которых вы хотите повлиять, не прочитают и не поймут это предложение.

То, что я сказал выше о неестественности письма в некотором смысле верно, но в более широком смысле письмо абсолютно естественно. Оно отличается от выражения мыслей вслух, но не смотря на все различия, мы пишем по той же причине, по которой говорим: мы хотим, чтобы другие поняли нас, и хотим понять их. Если мы настолько подчеркиваем особенность письменности, что упускаем ее основную цель, то упускаем главную идею: письмо — это улучшенная устная речь. Оно сложнее в выполнении, потому что оно лучше. Оно занимает больше времени, потому что может нести больше смысла. Оно требует большей концентрации, потому что оно более весомо. Оно более постоянно, потому что оно проверено и усовершенствовано. Писать тяжелее, чем говорить, потому что письменная речь имеет большее значение.

Вот почему ваши произведения будут опубликованы в этом семестре. Потому что они имеют значение. Потому что они — настоящие. Они изменят людей: вас и других. Они изменят обычный ход событий.

© 1997 Джон Тагг

 

JMdict: японско-мультиязычный словарь

Джеймс Брин
Университет Монаша
Клейтон 3800, Австралия
[email protected]

Оригинал доступен по ссылке edrdg.org

Аннотация

Цель проекта JMdict — создание мультиязычной лексической базы данных с японским языком в качестве основного языка. Используя структуру XML, разработанную с учетом разнообразия языков и богатого набора лексикографической информации, он достиг примерно 100 000 словарных статей, при этом большинство словарных статей имеют переводы на английский, французский и немецкий языки. Сборник включает в себя повторное использование информации, причем переводы на французский и немецкий языки взяты из отдельно поддерживаемых лексиконов. Материалы из других языков также включены. Файл находится в свободном доступе для исследовательских целей и для включения в прикладное программное обеспечение словаря и доступно в нескольких серверных системах WWW.

1. Введение

Основная задача проекта JMdict — составление мультиязычного словаря на японском языке, то есть словаря, в котором заголовки взяты из японского лексикона, а переводы сделаны на нескольких других языках. Это можно рассматривать как синтез серии двуязычных словарей японского языка и других языков, хотя, как обсуждается ниже, есть смысл в размещении этой информации.

Этот проект вырос и стал частью более раннего проекта японско-английского словаря (EDICT: электронный словарь) (Брин, 1995, 2004a). Поскольку японский язык является важным языком в мировой торговле и является вторым по распространенности языком, используемым в сети Интернет, неудивительно, что существует большой интерес к электронным лексическим ресурсам для японского языка в сочетании с другими языками.

2. Цели и развитие проекта

Как упоминалось выше, проект JMdict был создан из двуязычного словаря EDICT. Проект EDICT начался в начале 1990-х годов с относительно простой цели — создать файл словаря японско-английского языка, который можно было бы использовать в базовых пакетах программного обеспечения для предоставления традиционных словарных услуг, а также средств, помогающих читать японский текст. Формат был (и является) довольно простым, состоящим из строк текста, состоящих из японского слова, написанного с использованием кандзи и/или каны, чтения (произношения) этого слова для кана и одного или нескольких английских переводов.

К концу 1990-х, файл перерос свое скромное происхождение, достигнув более 50 000 словарных статей и запустив параллельный проект для словарных статей собственных японских имен (см. ниже). Материал был взят частично из списков слов, словарных списков и т. д. в свободном доступе и дополнен материалом, подготовленным большим количеством пользователей и прочих добровольцев, желающих внести свой вклад. Несмотря на то, что он использовался в различных программных системах и в качестве источника лексического материала в ряде проектов, было ясно, что его структура совершенно не соответствует лексическим требованиям, что предъявлялись пользователями. В частности, он не смог включить необходимое разнообразие информации или представить орфографические сложности исходного языка. Соответственно, в 1999 году было решено запустить новый словарный проект, включающий информацию из файла EDICT, но был расширенным, чтобы включить переводы с других языков, но с японскими статьями в качестве опорных точек. Целями проекта были:

  1. формат файла, предпочтительно с использованием общепризнанного стандарта, который обеспечит быстрый доступ и анализ с помощью различных программных приложений;
  2. обработка орфографических и произношений в пределах одной словарной статьи. Это решило основную проблему с форматом EDICT, так как многие японские слова могут быть написаны альтернативным кандзи и разными частями в кана (окуригана), и могут иметь альтернативное произношение. Формат EDICT требовал, чтобы каждый вариант рассматривался как отдельная словарная статья, что усложняло ведение и расширение словаря;
  3. дополнительная и более уместно связанная маркировка грамматической и другой информации. Некоторая информация, такая как часть речи или исходный язык заимствованных слов, была добавлена ​​в файл EDICT в скобках в полях перевода, но область действия была ограничена, и эту информацию было сложно проанализировать;
  4. обеспечение дифференциации между различными значениями в переводах. В то время как основные признаки полисемии были предоставлены в файле EDICT путем добавления (1), (2) и т. д. К группам переводов, результат трудно было проанализировать. Также это не поддержало случай, когда смысл или нюанс были связаны с определенным произношением, как это иногда происходит в японском языке;
  5. положение о включении переводных эквивалентов с нескольких языков. Файл словаря EDICT используется в ряде стран, и несколько неформальных проектов начали разрабатывать эквивалентные файлы для японского и других целевых языков. Небольшой японско-немецкий файл (JDDICT) был выпущен в формате EDICT. Был выражен значительный интерес к тому, чтобы переводы на различные языки были размещены вместе, чтобы обеспечить такие вещи, как наличие единого справочного файла для нескольких языков, перекрестные ссылки на словарные статьи, межъязыковой поиск и т. д., а также выступление в качестве центра возможного развития переводов на еще не представленные языки;
  6. положение о включении примеров использования слов. Когда файл расширился, многие пользователи файла попросили связать некоторые примеры использования со словами в файле. Формат EDICT не был в состоянии поддержать это;
  7. предоставление перекрестных ссылок на связанные словарные статьи;
  8. продолжение генерации файлов формата EDICT. Поскольку большое количество пакетов и серверов было построено вокруг формата EDICT, дальнейшее предоставление контента в этом формате считалось важным, даже если информация содержала только подмножество того, что было доступно.

Первоначально было принято решение использовать XML (расширяемый язык разметки) в качестве формата файла JMdict, поскольку предполагалось, что это обеспечит соответствующую гибкость в формате, а также ожидается, что оно будет поддерживаться приложениями, библиотеками для разбора и т. д.

Был проведен анализ других доступных форматов словаря, чтобы определить, имеется ли подходящая модель форматирования. Было известно, что коммерческие издатели словарей имеют хорошо структурированные базы данных лексической информации, а некоторые переходят на XML, но ни одна из деталей не была доступна. Большое количество двуязычных словарных файлов и списков слов были в открытом доступе; однако в целом они использовали только очень простые структуры, и не было найдено ни одной, охватывавшей бы все требования к содержанию проекта. Раздел словаря TEI (Text Encoding Initiative), у которого на момент написания имеется хорошо разработанная структура документа для двуязычных словарей, был довольно ограниченным на том этапе (Сперберг-Макквин и др., 1999). Соответственно, было разработано XML DTD (определение типа документа), адаптированное к требованиям проекта.

Файл EDICT был проанализирован и переформатирован в структуру JMdict, и в то же время многие из орфографических вариантов были идентифицированы и объединены. Первоначальный выпуск файла DTD и XML-формата состоялся в мае 1999 года. На этом этапе он содержал перевод на английский язык из файла EDICT и перевод на немецкий язык из файла JDDICT. Как описано ниже, он значительно расширился с тех пор как с точки зрения количества словарных статей, так и с точки зрения мультиязычного охвата.

3. Статус проекта

Файл JMdict был впервые выпущен в 1999 году, и обновленные версии выпускаются 3-4 раза в год вместе с версиями файла EDICT, который создается одновременно из одних и тех же файлов данных. В настоящее время в файле содержится более 99 300 словарных статей, то есть размер печатного словаря среднего размера, и рост числа статей в настоящее время происходит относительно медленно, причем большинство обновлений касается исправлений и расширения существующих словарных статей.

Файл доступен согласно бесплатной лицензии, что позволяет использовать его практически для любых целей без комиссии. Единственное требование заключается в том, чтобы его использование было полностью подтверждено и чтобы любые файлы, разработанные на его основе, продолжали действовать на тех же условиях лицензии.

4. Структура

Структура XML JMdict содержит один тип элемента: <entry>, который, в свою очередь, содержит порядковый номер, слово кандзи, слово кана, элементы информации и перевода. Порядковый номер используется для обслуживания и идентификации.

Элементы слова кандзи и слова кана содержат две формы японских ключевых слов; первый используется для представлений, содержащих хотя бы один символ кандзи, а второй — для представлений только в кане. Слово кана фактически является произношением, но также является важным ключом для индексации файла словаря, так как японские словари обычно упорядочиваются по словам кана. Минимальное содержание этих полей — это одно слово в элементе kana word. Кроме того, каждая словарная статья может содержать информацию о словах (необычный орфографический вариант, архаичный кандзи и т. д.) и информацию о частоте использования. Последнее должно быть связано с реальными словами, а не со статьей в целом, потому что некоторые комбинации слов кандзи и кана используются чаще, чем другие. (Например, 合 気 道 и 合氣道 являются орфографическими вариантами одного слова (айкидо), но первое встречается чаще).

Кана, используемая в элементах, следует современной японской орфографии, то есть хирагана используется для родных японских слов, а катакана — для заимствованных слов, звукоподражательных слов и т. д.

В большинстве случаев в словарной статье есть только одно слово кандзи и одно слово кана (около 75%) или только лишь слово кана (15%). Примерно в 10% словарных статей есть несколько слов в одном из элементов. В некоторых случаях чтение кана может быть связано только с подмножеством слов кандзи в статье. Например, soyokaze (そ よ か ぜ: breeze) можно записать либо 微風, либо そ よ 風 (последняя встречается чаще, поскольку そ よ — нестандартное чтение 微 кандзи). Однако 微風 также может произноситься как бифуу (び ふ う) с тем же значением, но ясно, что это произношение не может быть связано с формой そ よ 風, так как часть кана читается как «сойо». XML не предоставляет элегантный метод для указания ограниченного отображения между частями двух элементов, поэтому, когда требуется такое ограничение, дополнительные теги используются с каждым словом кана, предоставляющим слово кандзи, с которым оно может быть достоверно связано.

Информационный элемент содержит общую информацию о японском слове или в словарной статье в целом. Содержимое допускает коды исходного языка ISO-639 (для заимствованных слов), диалектные коды, этимологию, библиографическую информацию и подробности обновления.

Область перевода состоит из одного или нескольких смысловых элементов, которые содержат как минимум один элемент глоссария. С каждым смыслом связан набор элементов, содержащих часть речи, перекрестные ссылки, синоним / антоним, информацию об использовании и т. д. Также со смыслом могут быть связаны коды ограничения, связывающие смысл с подмножеством японских слов. Например, 水 気 может быть объявлено suiki (す い き) и mizuge (み ず け); оба означают «влажность», но одно только первое может означать «водянка».

Элемент глоссария имеет атрибут, указывающий целевой язык перевода. В его отсутствие предполагается, что глосс на английском языке. Существует также атрибут, определяющий пол, если, например, часть речи является существительным, а глосс — на языке с существительными, имеющими гендерную составляющую. На рисунке 1 показан слегка упрощенный пример статьи. Элементы <ke_pri> и <re_pri> указывают, что слово является элементом  определенного набора часто используемых слов.

<entry>
<ent_seq>1206730</ent_seq>
<k_ele>
<keb>学校</keb>
<ke_pri>ichi1</ke_pri>
</k_ele>
<r_ele>
<reb>がっこう</reb>
<re_pri>ichi1</re_pri>
</r_ele>
<sense>
<pos>&n;</pos>
<gloss>school</gloss>
<gloss g_lang=»nl» g_gend=»fg»>school</gloss>
<gloss g_lang=»fr» g_gend=»fg»>école</gloss>
<gloss g_lang=»ru» g_gend=»fg»>школа</gloss>
<gloss g_lang=»de» g_gend=»fg»>Schule</gloss>
<gloss g_lang=»de» g_gend=»fg»>Lehranstalt</gloss>
</sense>
</entry>

Рис. 1: Пример словарной статьи JMdict

Возможность иметь в одной словарной статье несколько слов кандзи и кана привлекает внимание к вопросам омонимии, гомографии и полисемии, а также к способам их решения, в частности к критериям объединения слов кандзи и кана в одну статью. Поскольку японский язык имеет сравнительно ограниченный набор фонем, существует большое количество однотонных слов. Например, более двадцати разных слов имеют представление кана こ う じ ょ う (коджо). Если мы рассматриваем гомографию как такую, что касается только слов, написанных полностью или частично с использованием иероглифов, то таких случаев относительно немного, однако они существуют. Например, Read 柳 при чтении せ ん り ゅ う (сенри) означает стихотворение комического характера, но при чтении か わ や な ぎ (каваянаги) означает множество ивовых деревьев.

Правило объединения, которое было применено при компиляции файла JMdict, выглядит следующим образом:

  1. рассматривать каждую основную статью как триплет, состоящий из: представления кандзи, сопоставления представления каны, чувств;
  2. если для каких-либо базовых статей два или более члена триплета одинаковы, то объединять их в одну статью;
    1. если словарные статьи отличаются по кандзи или представлению кана, включать их в качестве альтернативных форм;
    2. если статьи различаются по смыслу, рассматривать как случай многозначности;
  3. в других случаях оставлять статью отдельной.

Это правило успешно применяется в большинстве случаев. Основные проблемы возникают, когда значения похожи или связаны, как в случае со статьями: (放 す, は な す, отделить; освободить; освободить) и (離 す, は な す, разделить; разделить; отделить ), где слова кана совпадают, а значения перекрываются. Японские словари разделены на 放 す и 離 す; некоторые держат их как отдельные статьи, а другие — как одну статью с двумя основными значениями (эти два слова происходят из общего источника).

5. Части речи и смежные вопросы

Поскольку языки различаются по частям речи (POS), запись этих деталей в двуязычных словарях может быть проблемой (Аль-Касими, 1977). Традиционно двуязычные словари с участием японского языка избегают записи любой информации POS, предоставляя пользователю возможность выводить эту информацию из перевода и примеров (если таковые имеются). На ранних стадиях проекта EDICT информация POS была намеренно сведена к минимуму, например, указание, где глагол был переходным или непереходным, когда это не было видно из перевода, главным образом для сохранения места для хранения. Поскольку имеется ряд преимуществ, связанных с маркировкой информации POS в файле электронного словаря, элемент POS был включен в структуру JMdict, и для заполнения большей части файла использовались общедоступные классификации POS. Около 30% словарных статей еще предстоит классифицировать; в основном существительные или короткие фразы.

В целях экономии места ранее было принято решение избегать перечисления производных форм слов. Например, японское прилагательное 高 い (takai), означающее «высокий, высокий, дорогой», имеет производные формы 高 さ (takasa) «высота» и 高 く (takaku) «высоко». Поскольку этот процесс очень регулярен, многие японские словари не содержат словарных статей для производных форм, и некоторые двуязычные словари следуют этому примеру. Другим таким примером является распространенная форма глагола, которую иногда называют «глагольное существительное», создаваемое путем добавления глагола sur る (suru) «делать» к соответствующим существительным. Глагол «учиться» — это 勉強 す る (benkyôsuru), где 勉強 — существительное, означающее «изучение» в данном контексте. Опять же, японские словари часто не включают эти формы в качестве заглавных слов, предпочитая указывать в теле статьи, что формирование возможно.

Отсутствие таких производных форм означает, что при создании переводов необходимо соблюдать осторожность, чтобы пользователь мог легко определить соответствующий перевод одной из производных форм.

В мультиязычном контексте упущение производных форм может иметь другие проблемы. Сообщалось, что запись глаголов る す только в их основной форме существительного вызывает некоторый дискомфорт среди немецких пользователей, так как в немецком языке орфографическая конвенция прописывает первые буквы существительных, но не глаголов (по этой причине файл WaDokuJT содержит глаголы  す る в качестве отдельных статей).

6. Включение и поддержка нескольких языков

Как упомянуто выше, часть интереса к наличию статей с переводами на разных языках исходила от компиляции ряда файлов словарей, основанных на файле EDICT или похожих на него. Существует ряд проблем, связанных с включением материалов из других файлов словарей, в частности тех, что касаются политик компиляции: охват, обработка перекошенных форм и т. д. (Брин, 2002). Существует также основная проблема редактирования и поддержание материала, который может стать более сложным по мере включения каждого языка.

Подход, принятый с JMdict, заключался в следующем:

  1. поддержании основного японско-английского файла с хорошо документированной структурой и набором способов включения и редактирования;
  2. поощрении разработки и ведения эквивалентных файлов на других языках в сочетании с японским языком, которые могут по мере необходимости опираться на материал JMdict / EDICT;
  3. периодически собирать полный мультиязычный JMdict из разных компонентов.

Этот подход оказался успешным в том, что он отделил компиляцию файла от текущего редактирования компонентов и оставил последние в руках тех, у кого есть навыки и мотивация для выполнения задачи.

На момент написания статьи файл JMdict содержал более 99 300 словарных статей (на японском и английском языках), из которых у 83 500 имеется перевод на немецкий язык, у 58 000 — перевод на французский, у 4 800 — перевод на русский и у 530 — перевод на голландский. В настоящее время готовится набор из примерно 4500 испанских переводов, и в ближайшее время будет доступно около 20 000 переводов.

Основными источниками этих дополнительных переводов являются:

  1. Французские переводы из двух проектов:
    1. приблизительно 17 500 заявок поступили из проекта Dictionnaire français-japonais (Десперье, 2002), проекта по переводу наиболее распространенных японских слов из файла EDICT на французский язык;
    2. еще 40 500 словарных статей взяты из 仏語補 完 計画 (Французско-японский проект дополнения) по адресу http://francais.sourceforge.jp/ (Этот проект также основан на файле EDICT.)
  2. Немецкие переводы из проекта WaDokuJT (Апель, 2002). Это большой файл, содержащий более 300 000 словарных статей; однако, в отличие от JMdict, он включает в себя множество фраз, имен собственных и наклонных форм глаголов и т. д. Перекрытие JMdict достаточно велико, что привело к большому количеству статей, что были включены в файл JMdict.

Одной из проблем, которая может привести к проблемам при включении переводов из других файлов проекта, является проблема выравнивания переводов, когда у статьи имеется несколько значений. В случае французских переводов координатор проекта пометил переводы многозначных статей смысловым кодом, что позволило правильно вставить переводы при составлении окончательного файла. Для других языков переводы добавляются к установленным переводам на английский язык. Надлежащая обработка множественных чувств является предметом будущей работы.

7. Примеры использования слова

Когда проект уже был в процессе и было разработано DTD, предполагалось, что будут включены наборы двуязычных примеров использования входных слов. По этой причине элемент <example> был связан с каждым смыслом, чтобы можно было включать такие примеры фраз, предложений и т. д.

На практике был выбран совершенно другой подход. Учитывая наличие с 2001 года большого корпуса параллельных японских / английских предложений (Танака, 2001), было решено сохранить корпус в целости и вместо этого предусмотреть связь выбранных предложений из корпуса со словарными статьями с помощью прикладного программного обеспечения словаря (Брин, 2003b). Эта стратегия, требовавшая синтаксического анализа корпуса для извлечения набора индексных слов для каждого предложения, оказалась эффективной на уровне приложения. Он также имеет преимущество, заключающееся в том, что он не поддерживает содержание файла словаря и файла примера.

8. Похожие проекты

Помимо нескольких небольших списков слов, где есть несколько европейских языков, единственным другим крупным современным проектом, который пытается составить всеобъемлющую мультиязычную базу данных, является проект Papillon (например, Бойте и др, 2002). См. http://www.papillon-dictionary.org/ для полного списка публикаций. Дизайн Папийона включает в себя связи, основанные на значениях слов, как это было предложено в (Серассет, 1994), с более тонкой лексической структурой, основанной на Теории “Смысл-Текст” (MTT) (Мельчук, 1984-1996). На момент написания статьи база данных Papillon все еще находилась в процессе наполнения лексической информацией.

С проектом JMdict тесно связан проект Японско-мультиязычного словаря именованных объектов (JMnedict). Это база данных из примерно 400 000 японских названий мест и имен, а также неяпонских имен в их японской орфографической форме, наряду с романизированной транскрипцией японского языка (Брин, 2004b). У некоторых географических названий имеются английские описания: cape, island и т. д., которые находятся в процессе распространения на другие языки. Файл JMnedict находится в формате XML со структурой, аналогичной JMdict.

Другой мультиязычной лексической базой данных является KANJIDIC2 (Брин, 2004c), которая содержит широкий спектр информации о 13 039 кандзи стандарта JIS X 0208, JIS X 0212 и JIS X 0213. Среди информации о каждого кандзи есть ряд примеров на японском, китайском и корейском языках, а также общие значения каждого кандзи на английском, немецком и испанском языках. Набор португальских значений в процессе подготовки. База данных создана в формате XML.

9. Приложения

Хотя существует ряд экспериментальных систем, использующих файл JMdict, единственной системой приложений, использующей полный мультиязычный файл в настоящее время, является сервер проекта Papillon. На рисунке 2 показано выдачу с этого сервера при поиске слова 川 柳. WWWJDIC-сервер автора (Брин, 2003a) использует японско-английские компоненты файла. На рисунке 3 приведена выдержка из дисплея WWWJDIC для слова 小人, являющееся примером словарной статьи с несколькими словами кана и значениями, ограниченными чтением (Маркеры (P) указывают на более распространенные значения).

papillonex.gif

Рис. 2: Пример папийона для 川 柳

wwwjzex.gif

Рис. 3: пример WWWJDIC для 小人

Файл японско-английского словаря EDICT, созданный из той же базы данных, что и файл JMdict, продолжает оставаться основным некоммерческим лексическим ресурсом японско-английского языка и используется в большом количестве приложений и серверов, а также в ряде исследовательских проектов.

10. Заключение

Проект JMdict успешно разработал мультиязычную лексическую базу данных с использованием японского языка в качестве основного языка. При этом он достиг лексического охвата, сравнимого со средне-крупными печатными словарями, и его компоненты используются в широком спектре приложений и исследовательских проектов. Он также продемонстрировал возможность повторного использования материалов из смежных и сотрудничающих проектов по лексикону. Файлы проекта JMdict легко доступны для использования исследователями и разработчиками и могут стать важным лексическим ресурсом в контексте мультиязычности.

Рекомендованная литература

Аль-Касами, А.М. 1977 Лингвистика и двуязычные словари, Е.Дж. Брилл, Лейден.

Апель У.. 2002. WaDokuJT — база данных японско-немецкого словаря, семинар Papillon 2002, NII, Токио.

Бойте, С., Мангеот-Леребур, М., Серассет, Г. 2002 Проект PAPILLON: совместное создание мультиязычной лексической базы данных для получения словарей и лексиконов с открытым исходным кодом, Proc. 2-го семинара NLPXML 2002, семинар Post COLING 2002, под ред. Wilcock, Ide & Romary, Тайбэй, Тайвань.

Брин, Дж. У. 1995. Создание электронного японско-английского словаря, JSAA Conference, Брисбен.

Брин, Дж. У. 2002. Практические вопросы и проблемы построения мультиязычного лексикона, Papillon 2002 Семинар, NII, Токио.

Брин, Дж. У. 2003a. Японский словарь WWW, в «Обучении языку на перепутье», Monash Asia Institute, Monash Univ. Press.

Брин, Дж. У. 2003b. Примеры использования слова в электронном словаре, семинар Papillon 2003, Саппоро.

Брин, Дж. У. 2004a. Проект EDICT, http://www.csse.monash.edu.au/~jwb/edict.html

Брин, Дж. У. 2004b. Проект ENAMDICT / JMnedict, http://www.csse.monash.edu.au/~jwb/enamdict_doc.html

Брин, Дж. У. 2004c. Проект KANJIDIC2, http://www.csse.monash.edu.au/~jwb/kanjidic2/

Десперье, Ж. М. 2002. Анализ результатов совместного проекта по созданию японско-французского словаря, Papillon 2002 Seminar, NII, Tokyo.

Мельчук И. и др. 1984-1996. DEC: dictionnaire explicatif et combinatoire du français contemporain, recherches lexico-sémantiques, Тома I-IV, Montreal Univ. Press.

Серассет, Г. 1994. SUBLIM: un Système Universel de Bases Lexicales Multilingues et NADIA: sa spécialisation aux bases lexicales interlingues par acceptions, (докторская диссертация) Joseph Fourier University, Гренобль

Сперберг-Маккуин С.М. и Бернард Л. (ред.) 1999. Руководство по электронному шифрованию текста и его обмену. Oxford Univ. Press.

Танака, Y. 2001. Сборник мультиязычного параллельного корпуса PACLING 2001, Япония.

 

E — K e r m i t

Оригинал доступен по ссылке kermitproject.org

Компактний, швидкий, надійний, портативний протокол передачі файлів

Версія: 1.7
Дата: 6 червня 2011 року

Оголошення з відкритим вихідним кодом: з 30 березня 2011 року з версією 1.6, E-Kermit випускається «як є» згідно з переглянутою BSD ліцензією 3-Clause.

Зміст

  1. КОНТРОЛЬНА ПРОГРАМА
  2. ПЕРЕДАЧА ФАЙЛІВ
  3. ПОЧАТКОВИЙ КОД
  4. ВЕРСІЯ UNIX
  5. ПОРТІНГ НА НОВУ ПЛАТФОРМУ
  6. НАЛАГОДЖЕННЯ ПРОГРАМ
  7. ІСТОРІЯ РЕЛІЗІВ
  8. СКАЧАТИ

EK (Embedded Kermit, E-Kermit) — це реалізація протоколу передачі файлів Kermit, що написана на ANSI C і призначена для вбудовування в пристрої або прошивки, використання в додатках реального часу чи для побудови DLL і бібліотек. EKSW — це нова версія E-Kermit, яка передбачає відправку пакетів за допомогою ковзного вікна. EK і EKSW повинні бути зведені знов у єдину базу коду, але поки що цього не відбулося.

Що робить E-Kermit

EK виконує лише дві функції: відправлення файлів і отримання файлів. Він компактний, портативна і повністю повторовхідною. На SPARC (RISC) kermit.o становить близько 25K. На Intel (CISC) це близько 15K. За рахунок зменшення розмірів буфера і виключення додаткових або небажаних функцій можна досягти менших розмірів.

Що E-Kermit НЕ робить

EK не має функції клієнт/сервер, мови програмування команд або скриптів; конверсії символів; транспортного шифрування або будь-якої форми зв’язку чи введення/виводу файлів. Він не набирає модеми, не створює з’єднання, не має вбудованого стека TCP/IP або інтерфейсу до зовнішнього стека. Якщо вам потрібні ці функції, тоді вам слід скористатися повною програмою Kermit, такою як  C-Kermit чи  Kermit 95.

EK не є програмою як такою; він є підпрограмою, яку потрібно викликати з головної програми. Він корисний тільки для розробників, які повинні надати головний додаток або середовище, яке викликає, а також файли і обмін даними підпрограми для вводу/виводу. Середовище, яке викликає, повинно, у свою чергу, створювати та конфігурувати комунікаційне з’єднання, якщо те є необхідним і ще не відкрите. Для Unix передбачено семпл середовищ, що викликає, та підтримку вводу-виводу.

Клієнти адаптували ЕК до різних середовищ і платформ, включно з Palm Pilot, різними видами технічного обладнання (наприклад, для діагностики та обслуговування веж стільникових телефонів), а іноді вони сприяють їх адаптації або процедурам вводу / виводу, і ми можемо зробити їх доступними на основі “як є”. Ми не можемо підтримувати чи зберігати код, наданий клієнтом; таким чином (наприклад), якщо випущено нову версію EK, то модулі, надані клієнтом, не обов’язково оновлюються. Клієнтський код має:

  • послідовний порт Microsoft Windows 9x / ME / NT / 2000 / XP / Vista / 7 і файл вводу/виводу для EK 1.3 і пізніших версій.
  • Wind River VxWorks для EK 1.1.
  • EK 1.2 перекладений на Java.

EK має наступні функції протоколу Kermit:

  • Довгі пакети
  • Ковзні вікна з відновленням помилок Go-Back-to-N (істинний селективний повтор у EKSW).
  • Стиснення повторів
  • Додавання та забирання префіксу в керівних символах
  • 8-бітне додавання префіксу (для передачі 8-бітових даних по 7-бітовим посиланням) (= паритет)
  • Пакети атрибутів (тип, розмір і дата)
  • Надсилання та отримання одного або декількох файлів.
  • Автоматичне перемикання в режим тексту/двійкового коду.
  • Всі три типи перевірки блоків (6- і 12-бітна контрольна сума, 16-бітова CRC).
  • Звіти про стан (стан протоколу, ім’я файлу, розмір, відмітка часу, байти аж до поточного моменту).
  • Скасування передачі будь-якою із сторін.

Наступні функції протоколу Kermit не реалізовані:

  • Ковзні вікна з вибірковою ретрансмісією (за винятком EKSW)
  • Набори символів
  • Блокування змін
  • Клієнт/сервер

Тайм-аути були б відповідальністю програми Kermit на іншому кінці з’єднання або, якщо необхідно, в самому E-Kermit, залежній від платформи процедурі читанні пакетів, який написали б ви.

Починаючи з версії 1.5, E-Kermit містить в собі  конструкції препроцесора, що дозволяють виключити різні функції, такі як довгі пакети, ковзні вікна та блок перевірок вищого порядку для досягнення найменшого можливого обсягу пам’яті, а також можуть бути створені в конфігурації суто для прийому.

КОНТОРОЛЬНА ПРОГРАМА

EK розроблений для роботи в кооперативному багатозадачному середовищі, проте не вимагає такого середовища. Контрольна програма займається плануванням. Ось що повинна (і/бо може) робити контрольна програма:

  • Якщо це бажано, відкрити комунікаційний пристрій, якщо такий є.
  • Якщо це бажано, помістити комунікаційний пристрій, якщо такий є, в «пакетний режим».
  • Ініціалізувати структуру kermit з бажаними робочими параметрами.
  • Викликати kermit (K_INIT, …), щоб Kermit ініціалізувався сам.
  • При надсиланні файлів, викликати kermit (K_SEND), щоб розпочати трансфер.

(Коли E-Kermit займається прийомом файлів, він пасивно чекає на перший пакет від відправника файлів; таким чином, він просто входить у цикл пакета). У циклі пакетів E-Kermit:

  • Отримує буфер і зчитує в нього вхідний пакет.
  • Перевіряє переривання користувача.
  • Виклики kermit (K_RUN, …) для виконання наступного кроку в протоколі.
  • Здійснює будь-що інше (наприклад, виконує інші завдання).
  • Виходить або продовжує цикл на основі коду повернення kermit ().

Кожен раз, коли програма керування викликає функцію kermit (), вона надає їй дозвіл на обробку одного пакета; таким чином, один пакет = один часовий інтервал. Якщо програма управління не має що робити, вона просто безперервно обробляє пакети, як і звичайна програма Kermit. У циклі передачі даних кожен виклик kermit () повертає структуру, що містить:

  • Стан поточного протоколу;
  • Поточне ім’я файлу;
  • Розмір файлу, якщо він відомий, або -1;
  • Мітка часу файлу, якщо відома;
  • Кількість переданих байтів.

Після завершення програми керування:

  • Відновлює і (за бажанням) закриває пристрій зв’язку.

Коди функцій, які контрольна програма може викликати з kermit () це:

K_INIT — ініціалізація структури даних.
K_SEND — (лише надсилання) — ініціювання надсилання.
K_RUN — Запуск протоколу.
K_STATUS — повертає звіт про стан у структурі k_response.
K_QUIT — Вихід негайний і мовчки.
K_ERROR — Відправлення пакету помилок, а після — вихід.

Коди повернення функції kermit () це:

X_OK — ОК, активний протокол.
X_DONE — ОК, протокол завершено.
X_ERROR — Фатальна помилка.
X_STATUS — Повернення статусу у відповідь на K_STATUS.

(По факту, статус повертається при кожному виклику). Коди станів протоколу:

-1 — Фатальна помилка
0 — приймач (протокол не виконується)
1 — приймач очікує на пакет S
2 — приймач очікує на F або B пакет
3 — приймач очікує на A або D пакет
4 — приймач очікує на D або Z пакет
10 — Відправник (протокол не виконується)
11 — Відправник надіслав пакет S (початок)
12 — Відправник надіслав пакет F (ім’я файлу)
13 — Відправник надіслав пакет A (атрибути)
14 — Відправник надіслав пакет D (дані)
15 — Відправник надіслав пакет Z (EOF)
16 — Відправник надіслав пакет B (EOT)

ПЕРЕДАЧА ФАЙЛІВ

Оскільки ЕК призначений головним чином для вбудовування, він не використовує потокові або (крім EKSW) вірні ковзні вікна (хоча більша частина коду для ковзних вікон наявна). Так сталося з наступних причин:

  • Використання регулярного протоколу ACK / NAK дозволяє програмі керування відновити контроль за кожним пакетом. Це дозволяє йому виконувати багатозадачність, виставляти графічний дисплей для передачі файлів, тощо. Потокові або справжні ковзні вікна можуть вивести програму керування з ладу на тривалий час.
  • Потокові або справжні ковзні вікна набагато ускладнюють інтерфейс між програмою керування та модулем kermit (), і, насправді, підштовхнуть багато деталей протоколу до простору контрольної програми, куди вони не належать.
  • Потокове передача може використовуватися тільки на надійних з’єднаннях (наприклад, TCP/IP), але пристрої з вбудованими комунікаціями зазвичай використовують послідовні порти.

Відсутність справжніх ковзних вікон в ЕК компенсується тим, що ЕК прикидається, що підтримує їх, не роблячи цього. Це дозволяє своєму партнеру, що відправляє, «передавати» пакети, а не чекати ACK після кожного, якщо не існує помилки. Якщо є помилка, то стратегія відновлення «повертається до n» (або, можливо, в деяких випадках «помилка»), а не «вибіркове повторення». EKSW, окрема програма, яка не була інтегрована з EK (але повинна бути), підтримує справжні ковзні вікна з селективним повтором; тобто тільки ті пакети повторно передаються, що насправді необхідно.

У будь-якому випадку, оскільки ЕК призначена в першу чергу для вбудовування, передбачається, що затримки в обидва кінці не будуть великим фактором; з’єднання, як правило, будуть локальними, короткими, відносно швидкими, і якщо зв’язок ефективно управляється потоком, без помилок. Коли ефективного управління потоком бракує, швидкість і/або довжина пакета і / або розмір вікна можуть бути встановлені в комбінації значень, що максимізує пропускну здатність і мінімізує втрату даних.

ПОЧАТКОВИЙ КОД

Початковими файлами є:

platform.h

Файл заголовка для будь-якої необхідної специфічної для платформи #includes або definitions. Обов’язковий, навіть якщо він порожній, оскільки kermit.c включає його.

kermit.h

Файл заголовка для всіх модулів. Визначення структур k_data і k_response.

kermit.c

Це двигун протоколу Kermit. Він керується виключно її даними викликів. Вся інформація про стан зберігається в структурі даних kermit, яка передається за допомогою посилання з основного модуля і серед усіх функцій модуля kermit і назад до основного модуля; таким чином має бути можливим для одного і того ж модуля одночасно передати декілька файлів на різні з’єднання. Крім того, у модулі kermit немає посилань на бібліотеку, взагалі жодних, навіть stdio (за винятком випадків, коли активовано налагодження), а файли заголовків /usr/include/* не включені. Правила для kermit.c:

  • Немає глобальних змінних (за винятком налагодження) або буферів.
  • Немає ініціалізації масивів компілятором.
  • Тільки для безпеки, жодної ініціалізації автоматичних скалярів теж.
  • Немає бібліотечних або системних викликів, немає #include <…>.
  • Всі комунікації вводу/виводу здійснюються за допомогою функцій, визначених в окремих модулях.

Однією точкою входу для модуля kermit.c є функція kermit ():

int kermit(struct k_data * k, struct k_response * r)

K-структура має  всі робочі параметри, змінні, інформацію про стан і буфери; r struct інформує абонента про поточний стан протоколу, ім’я файлу та інформацію про файл, а також про перенесення (байти досі).

main.c

Контрольна програма зразка. У тест-середовищі Unix це лише традиційний main (), який читає аргументи командного рядка, ініціалізує протокол, потім викликає модуль протоколу у цикл, що керується станом, доки його робота не буде виконана, а потім очищається. У вбудованому середовищі ці функції будуть інтегровані в програму керування.

unixio.c

Функції введення / виводу для Unix. Замініть власний модуль, який реалізує ці функції в цільовому середовищі, і змініть процедуру збирання, щоб зв’язатись з ним. Точки входу і конвенції викликів описані нижче.

ВЕРСІЯ UNIX

Розробка EK відбувається на звичайній платформі Unix, такий як Solaris, HP-UX або Linux, в якій EK побудований як програма Kermit для передачі файлів з віддаленим режимом, подібна до G-Kermit, і протестована на настільному Kermit як K95 або C-Kermit. ПРИМІТКА: Версія Unix працює над stdin / stdout; «лінія» обумовлена ​​найпотужнішим способом (система («stty …»)). Це дає змінні результати; напр. завантаження з EK на Solaris може працювати на рівні 17Kcps, тоді як завантаження з Linux на тій же самій мережі може працювати на рівні 1700Kcps. Це не варто турбувати, оскільки ЕК не призначений для виробництва продукції на Unix, яка вже має G-Kermit і C-Kermit для виробництва.

Файл make-файлу Unix має такі цілі (можна легко додати більше):

gcc: збірка з gcc (за замовчуванням).
cc: збірка за допомогою cc.
hp: збірка для HP-UX.
gccnd: збірка з gcc, без налагодження.
gprof: збірка з gcc, включаючи профілювання.
clean: видалення файлів об’єктів і ядра.

Файл make-файлу створює виконуваний файл Unix з назвою «ek» (вбудований kermit). Підпрограма main () надає простий інтерфейс командного рядка:

$ ./ek -h
Usage: ./ek options
Options:

-r           Receive files
-s files     Send files
-p [neoms]   Parity: none, even, odd, mark, space
-b [123]     Block check type: 1, 2, or 3 (default = 3)
-k           Keep incompletely received files
-B           Force binary mode
-T           Force text mode
-R           Remote mode (vs local)
-L           Local mode (vs remote)
-E number    Simulated error rate (0-100)
-d           Create debug.log
-h           Help (this message)
$

Якщо при відправці файлів ви не вкажете текст або двійковий файл, то EK просканує кожен файл і обере текст або бінарний режим на основі його вмісту.

Режим Remote vs Local використовується лише для включення тесту на переривання передачі файлів з клавіатури.

ПОРТІНГ НА НОВУ ПЛАТФОРМУ

Версія 1.0 ЕК була перенесена в VxWorks компанією Airvana, Inc, Chelmsford MA. Повноцінний пакет VxWorks EK 1.1 наявний як приклад виробничої системи з дозволу Airvana (зауважте, що з того часу API EK трохи змінився, тому, перш ніж використовувати код VxWorks, він повинен бути оновлений). Щоб перейти до нової платформи:

  • Додайте новий запис Makefile для вашої цілі або напишіть власну процедуру налагодження.
  • Створіть файл platform.h для вашої платформи. Він може містити будь-які бажані #включення або визначення, а також може використовуватися для перевизначення певних визначень у kermit.h:

#define NODEBUG для створення без коду налагодження.
#define HAVE_UCHAR, якщо UCHAR вже визначено або задіяно typedef до unsigned char.
#define HAVE_ULONG, якщо ULONG вже визначено або задіяно typedef до unsigned long.
#define IBUFLEN — щоб мати бажаний розмір для буфера введення файлу.
#define OBUFLEN — щоб мати бажаний розмір для буфера виведення файлів.
#define FN_MAX для максимальної довжини імені файлу.
#define P_PKTLEN для перевизначення максимальної довжини пакета за замовчуванням.
#define P_WSLOTS для перевизначення максимальних слотів вікна за умовчанням.

  • Замініть зразок main.c власною програмою керування. Використовуйте ті ж самі файли заголовків і конвенції викликів, що й у зразку.
  • Скопіюйте файл unixio.c до xxxio.c (ім’я на ваш вибір), відредагуйте його, щоб працювати на своїй платформі, використовуючи ті самі умови, і налаштуйте процедуру збирання, щоб прив’язати новий модуль xxxio замість unixio. Зауважте, що в буфері xxxio повинні бути визначені вхідні та вихідні буфери (i_buf [] і o_buf []).

Нижче наведено кілька порад щодо створення модуля вводу/виводу:

Процедури вводу-виводу пристроїв повинні обробляти самі параметри зв’язку, включаючи швидкість лінії зв’язку, парність і керування потоком. Зокрема, Kermit не перевіряє паритет, але все ж треба розповісти про це. Це робиться в налаштуваннях за допомогою main (). Підпрограми readpkt () і tx_data () повинні при необхідності скинути і додати паритет відповідно На послідовних з’єднаннях на це, вірогідно, може бути запрограмований UART.

Зміна API між EK 1.1 і 1.2: Умови викликів (списки аргументів функцій і повернені значення) були змінені між версіями 1.1 на 1.2, головним чином, щоб дати всім підпрограмам доступ до структури k послідовним чином, а також забезпечити кращу зворотний зв’язок з абонентом . У кожному випадку, коли було внесено зміни, відображаються як старий, так і новий формат.

Функції вводу/виводу пристрою:

int
devopen(char * device)

Відкриває даний пристрій зв’язку. Також може бути мережевий хост, як би там не було. Повертає 0 при помилці, 1 при успіху.

int
devsettings(char * settings)

Цей параметр виконує будь-які необхідні налаштування пристрою, такі як керування швидкістю і потоком для послідовного пристрою. Оскільки не існує способу дізнатися, що таке відповідні параметри, ця процедура просто приймає рядок, який може бути в будь-якому форматі, наприклад, «9600; 8N1» або «швидкість = 57600; потік = rts / cts»; Підпрограма devsettings буде розбирати рядок. Повертає 0 при помилці, 1 при успіху.

int
devrestore(void)

Якщо потрібно, поверніть пристрій назад, як це було знайдено devsettings(), наприклад, перед закриттям.

int
devclose(void)

Закриває пристрій зв’язку.

int
readpkt(UCHAR * buffer, struct k_data * k) (1.1)
readpkt(struct k_data * k, UCHAR * buffer, int length) (1.2)

Ця процедура повинна робити саме те, що робить зразок: шукати початок пакета, потім копіювати всі символи до (але не включаючи) кінець пакета в буфер пакетів, адреса якого вказана. Ви захочете кодувати це якомога ефективніше, використовуючи будь-які доступні вам трюки: неблокуючие буферизоване читання, і т.д. Якщо ви хочете, щоб ваша програма Kermit закінчилася, то саме тут ви б поклали код. ПРИМІТКА: Тайм-аути не потрібні, оскільки шанси, що партнер Kermit не може закінчитися, дорівнює 0. Формат EK 1.2 ставить k як перший аргумент для узгодженості з іншими процедурами, і додає аргумент довжини буфера.

Зверніть увагу на функцію F_CTRLC. Цей параметр увімкнено за умовчанням. Це дозволяє вимикати EK з пакетного режиму, посилаючи йому три послідовні Ctrl-C в потік даних. Як правило, вам не потрібно буде вимикати цю функцію, оскільки, навіть якщо відправник «не фіксує» Ctrl-C, три з них зазвичай будуть згорнуті в послідовність повторного підрахунку.

int
tx_data(UCHAR * data, int length, short parity) (1.1)
tx_data(struct k_data * k, UCHAR * data, int length) (1.2)

Знову ж таки, ви повинні зачекати на паритет (якщо це не робиться автоматично пристроєм зв’язку або драйвером). Ця процедура повинна бути ефективною та надійною. Передбачається, що він передає весь рядок даних, або ж провалиться. Див. Зразок unixio.c для того, що я маю на увазі під «надійним». У EK 1.2 і пізніших значеннях параметр парності підбирається з k-структури.

Файлові функції вводу/виводу виконуються наступним чином; звичайно, вони можуть бути використані для читання чи запису будь-яких — не тільки файлів: пам’яті, касети, карт, лазерних променів, контролерів приладів, що завгодно. Не має значення, що ви називаєте цими процедурами, але список аргументів і тип повернення повинні бути, як показано; також якщо ви даєте їм різні назви, вам доведеться змінити прототипи в kermit.h:

int
openfile(UCHAR * filename, int mode, struct k_date * k) (1.1)
openfile(struct k_date * k, UCHAR * filename, int mode) (1.2)

Відкриває ім’я файлу в даному режимі (1 = читання, 2 = запис, 3 = додавання). Повертає X_OK на успіх, X_ERROR на помилку.

ULONG
fileinfo(UCHAR * filename, UCHAR * buf, int buflen, short * type, short mode)(1.1)
fileinfo(struct k_data * k,UCHAR * filename,UCHAR * buf,int buflen,short * type,short mode) (1.2)

Отримує інформацію про вказаний існуючий локальний файл: розмір, дата і, якщо режим == 0, тип файлу (текстовий або двійковий). buf і buflen застосовуються до строки дати / часу файлу. Повертає X_OK або X_ERROR.

int
readfile(struct k_data *)

Зчитує буфер з вхідного файлу, і якщо передача знаходиться в текстовому режимі, перетворює формат запису на стандартний Kermit Stream CRLF. Повертає X_OK або X_ERROR.

int
writefile(struct k_data *, CHAR * buffer, int length)

Записує буфер у вихідний файл, і якщо передача відбувається в текстовому режимі, також перетворює стандартний формат запису CRLF Kermit Stream до того, що потрібно локально. Повертає X_OK або X_ERROR.

int
closefile(struct k_data *, UCHAR code, int mode)

Закриває файл. Для вихідних файлів, звичайно, це змиває всі очікувані буфери до файлу перед його закриттям; Потім він перевіряє, чи відправляє Kermit скасував передачу файлу до його закінчення (код == ‘D’), у цьому випадку він відкидає частковий файл, а не зберігає його. Режим вказує, чи є він вхідним або вихідним файлом, тому отримані файли, що не потрібні, можуть бути видалені за бажанням. Повертає X_OK або X_ERROR.

Точні конвенції викликів відображаються у файлі unixio.c.

НАЛАГОДЖЕННЯ ПРОГРАМ

Якщо EK було побудовано без NODEBUG, то, коли ви задієте параметр -d у командному рядку, пробна версія на основі Unix створює файл debug.log у своєму поточному каталозі. У повній версії вам слід додати -DNODEBUG до компілятора C CFLAGS, щоб усунути код налагодження. Розміри, вказані вище, задіюють налагодження. Ви можете реалізувати функцію налагодження у будь-який спосіб який бажаєте у вашому модулі вводу/виводу, який пасує платформі.

ІСТОРІЯ РЕЛІЗІВ

Версія Дата  Опис
1.1 2002/10/07 Перший реліз. Версія VxWorks, яка все ще на цьому рівні.
1.2  2003/01/28 Покращений API, порт Java (який все ще на цьому рівні).
1.3 2004/03/04 Виправлення передачі файлів за допомогою HyperTerminal.
1.4 2004/03/20 Виправлення прийому порожніх файлів.
1.5 2004/04/10 Виправлення проблеми з A-пакетами, дозволяє супер-малі налаштування та/або налаштування виключно на приймання.
1.51 2004/09/23 Адаптація до Philips XAG30 (Джон Данлап)
EKSW 0.94 2010/06/24 Справжні ковзні вікна з вибірковою ретрансмісією (Джон Данлап)
1.6 2011/03/30  Опублікована і випущена з переглянутою BSD ліцензією 3-Clause.
1.7 2011/06/06 Протокол FORCE-3 працює спільно з  C-Kermit 9.0 (розповідається тут)

СКАЧАТИ

Для завантаження доступні декілька різних релізів E-Kermit. Сама E-Kermit, версія 1.7, є основною. Інші — це адаптації до різних платформ або мов, які були зроблені під час попередніх релізів E-Kermit, як зазначено в попередньому розділі; іншими словами, виправлення, знайдені в E-Kermit 1.3, 1.4 і 1.5, не входять у версії VxWorks або Java, а версія VxWorks використовує API E-Kermit 1.1 замість покращеної версії 1.2. EKSW має деякі модифікації API та інші невідповідності, які повинні бути скасовані до того, як вони будуть інтегровані з EK 1.6, але цілком придатні самі по собі. Фактично ця версія працює в новому поколінні Apex-EM ocean floats, і була протестована більш ретельно при більш несприятливих умовах, ніж будь-яка інша реалізація протоколу Kermit. Стала поштовхом для розвитку версії 1.7, яка реалізує новий протокол Force-3 для перевірки пакетів на помилки (колись EKSW теж отримає його).

HTTP FTP
Name Description Tar* Zip Source Files
E-Kermit 1.7 Портативний на всіх платформах, з Unix демо. Download Download Download
EKSW 0.94  E-Kermit з справжніми ковзними вікнами, адаптованими до Linux. Download Download Download
EKVX 1.1 E-Kermit 1.1, адаптований для VxWorks. Download Download Download
Java E-Kermit 1.2, який конверовано в Java Download Download Download
Simirid  Тестер стресу для протоколу [опис] Download Download Download

* Не стиснуті — немає потреби, вони дуже маленькі.

Натисніть тут щоб отримати FTP-доступ до всіх файлів E-Kermit.

Проект Kermit розміщено на Panix.com / [email protected] / 28 лютого 2019 року

Проблема зла

Оригинал доступен на сайте brians.wsu.edu

Классическая проблема зла является проблемным моментом только в некоторых монотеистических религиях, таких как иудаизм и христианство, которые предполагают существование абсолютно хорошего (великодушного), всемогущего (всесильного), всезнающего (всеведущего) Бога-творца. Короче говоря, возникает вопрос: «Если Бог великодушен, всесилен и всеведущ, почему в мире существует зло?

В религиях, где Бог не обязательно является совершенно хорошим, или всемогущим, или же всезнающим, проблема не возникает. Например, в раннем иудаизме иногда говорят, что Бог причиняет зло (ожесточает сердце Фароа, искушает Давида провести греховную перепись) и даже кается (Потоп). Но в конечном итоге иудаизм эволюционировал с тем, чтобы настаивать на существовании абсолютно хорошего Бога. Затем утверждалось, что зло происходит от какого-то  конкурирующего существа, такого как Сатана. И все-таки, если Сатана может использовать свою силу независимо от воли Бога, тогда Бог не всемогущ. Если Сатана действует просто как посредник воли Бога, то проблема зла остается: как это Бог желает, чтобы Сатана совершал зло, которое он сам не хотел бы совершать? Если Бог безукоризненно добр, то он не сможет совершать или творить зло. Зло противоречит его природе.

В проблеме наличествуют два момента: материальный и моральный.

Материальный:

Вопрос: Если Бог добр и создал мир, в котором мы живем, то по какой причине он содержит в себе такие изъяны, как болезни, смерть, наводнения, пожары и землетрясения?

Ответы/аргументы:

  • Подобные аспекты являются злом не сами по себе, а лишь в нашем восприятии их.
    • Аргумент:
      То, что людям кажется злом, является всего-навсего необходимым побочным продуктом природы вещей. Если бы мы могли видеть вещи с точки зрения Бога, мы бы поняли их цель и приняли их как хорошие по своей сути.
    •  Возражения:
      • Указанный аргумент попросту уклоняется от проблемы, объявляя ее неоспоримой при том способе существования, который у нас есть. Он соответствует родительскому «Поймешь, когда вырастешь».
      • Данный аргумент не является библейским, так как он игнорирует тот факт, что Писание четко рассматривает раннюю смерть, болезни, землетрясения и прочие беды в качестве зла, которое причиняется в отношении грешников.
  • В результате подобных бед появляется еще более значительное благо.
    • Аргумент:
      То, что кажется нам злом, на самом деле является необходимой составляющей для еще большего блага. Если бы не было смерти, земля стала бы ужасно перенаселенной. Ребенок, замерзающий до смерти в снегу, страдает от неблагоприятного побочного воздействия погоды, дающего воду для поддержания миллионов жизней. Бог создал лучший мир, который был в состоянии создать (или его можно было бы обвинить в слабости или преднамеренном зле). Темные пятна на картине способствуют ее красоте в целом.
    • Возражения:
      Это было распространенным аргумент среди приверженцев «философского оптимизма», против которых так решительно выступал Вольтер. Он остается открытым для множества возражений.

Это — круговая аргументация, попросту утверждающая, что вещи являются такими, какими они должны быть. Поскольку мы предполагаем существование всезнающего создателя, то почему же он не создал мир, в котором добро не производит побочных продуктов в виде бед? Ввиду того, что христианство утверждает, что чудеса действительно случаются, аргумент относительно того, что законы природы требуют, чтобы дети, потерявшиеся в метели, обязательно должны замерзать насмерть, является необоснованным. Поскольку сказано, что Бог часто вмешивался в действие законов природы, чтобы вознаградить или наказать людей, то очевидно, что он мог бы делать это регулярно. На самом деле вопрос заключается в том, почему он не делает это регулярно?

Кто определяет, что является более значимым благом? Насколько важно то, чтобы вулканы могли извергаться, часто разрушая жизни невинных людей, живущих рядом с ними? Если даже падение одного единственного воробья вызывает у Бога беспокойство, то с чего бы это ему надо делать выбор в пользу одобрения простых природных явлений вместо дальнейшего существования людей?

Если это лучший из всех возможных миров, то почему так легко представить те, которые будут получше? В любом случае, Библия ясно изображает этот мир как такой, что деградировал после изгнания Адама и Евы из Эдемского сада. Мир не так хорош, как когда-то был, и не так хорош, как обещано быть в конце времен.

Вольтер высмеял аналогию с картиной, сказав, что он может считать картину прекрасной, пока он стоит от нее на некотором расстоянии, но как только он рассмотрит эти темные пятна, наполненные человеческими страданиями, болезнями и смертью, он больше не сможет их разглядывать с тем же энтузиазмом. Как бы то ни было, аналогия — это одна из самых слабых форм аргументации: тьма — это не то же самое, что зло.

Мораль:

Вопросы: Проблема морального зла может быть разделена на два отдельных вопроса:

Ответы/аргументы:

  • Почему Бог позволяет людям совершать зло?
    • Аргумент:
      • Бог хотел, чтобы люди поклонялись ему без принуждения, не действовали автоматически. Наличие свободной воли обязательно требует возможности выбрать зло. Бог не желает зла; он просто создает людей способными совершать выбор в пользу зла.
    • Возражения: Несмотря на то, что это часто преподносится как весомый аргумент, он может быть подвержен ряду возражений.
      • Если свобода сама по себе является добром и, следовательно, в совершенном мире необходима, то не обязательно подразумевается, что выбор должен предусматривать добро и зло. Можно свободно совершать выбор между альтернативами, которые являются хорошими, не превращаясь в простого робота. Так или иначе, данный аргумент буквально игнорирует исходный вопрос. Мы спросили не о том, какова цель зла в мире, а откуда оно берется?
      • Почему Бог вообще требует поклонения? Если он совершенен, то ему не нужно, чтобы кто-либо восхвалял или обожал его, и, точно уж, чтобы это делали такие ущербные, сбитые с толку существа, как люди, чье обожание едва ли может быть столь же полезным, как поклонение ангелов, которые понимают Бога гораздо более полно и ясно.
      • Если свобода выбора совершать зло или нет, необходима для определения того, кого следует спасать, то будут ли спасенные на небесах также вольны совершать грехи? Если нет, то будет ли их состояние оцениваться хуже чем то, в котором находимся мы? Очевидно, что нет. Так почему бы не пропустить смертную фазу существования со всеми ее страданиями и грехами в целом и не перейти от стадии творения сразу к стадии с небесами?
      • Если Бог знает все, то прежде чем создавать людей, он точно знал, что те впадут в грех. Как он может считаться невиновным за грехи, которые он сознательно сделал неизбежными? Поскольку в Евангелиях говорится, что большинство людей отправляются в ад, Бог должен сознательно создать систему, которая, если и не зла по своей сути, то, по крайней мере, на удивление неэффективна.
  • Почему плохие вещи случаются с хорошими людьми (а хорошие часто случаются с людьми злыми)?
    • Почему добро страдает, а зло процветает? Это была та форма, в которой Библия впервые обратилась к проблеме зла, когда евреи пересмотрели свои традиционные учения о том, что Бог вознаграждает благочестивых людей многими детьми, процветанием и долгой жизнью, и проклинает нечестивых бесплодием, нищетой и ранней смертью. Это так часто явно не соответствовало действительности, что такая непоследовательность, по-видимому, требовала объяснения. Книги Иова и Экклезиаста, каждая по-своему, объявляют это непостижимой загадкой. Автор книги Иова, похоже, считает сам факт существования такого вопроса оскорблением Бога. Он выдвигает всевозможные подробные аргументы с тем, чтобы подвергнуть сомнению справедливость Бога; но божество отказывается отвечать на его обвинения, говоря Иову просто сесть, заткнуться и бояться его.
    •  Аргумент:
      • Некоторые утверждают, что хорошим людям страдания причиняются для того, чтобы испытать их, чтобы те могли доказать свою добродетель.
    •  Возражение:
      • Почему такая проверка является необходимой или желательной? Будут ли спасенные проверяться подобным образомна небесах? Конечно, нет, так как сказано, что Небеса свободны от страданий. Если добродетель может быть проявлена ​​только при сравнении со злом, то может показаться, что Бог либо ограничен в своей власти, либо является не до конца хорошим.
    • Аргумент:
      • Согласно утверждениям Заповедей блаженства те, кто страдает здесь на земле, будут благословлены на небесах.
    •  Возражение:
      • Этот аргумент дает утешение, но не дает объяснения. Почему добро должно страдать в принципе? Как и многие прочие «ответы» на проблему зла, он уклоняется от основного вопроса, заявляя, что в этой жизни на него ответить невозможно. Ответы есть только на небесах.

Логические решения проблемы зла

Проблема зла в классическом изложении, вероятно, неразрешима, но люди, которые глубоко ее обдумывают, обычно приходят к одному из следующих выводов:

  • Бог не есть безоговорочно хорошим.
  • Бог не всемогущ.
  • Бог не всезнающий.
  • Бога не существует.
  • Это тайна. Ошибкой является даже задавать данный вопрос.

Святой Августин попытался решить эту проблему, отрицая фактическое существование морального зла. Он утверждал, что то, что мы воспринимаем как зло, — это сугубо отдаленность от Бога. Ад является окончательным отчуждением от Бога.

Дополнительные учебные пособия по европейской классике XVIII и XIX веков

Упорядочено по категориям: Европейская классика XVIII и XIX веков, Руководство по изучению

 

Почему я (не) феминист

Уэс Чепмен
Оригинал доступен по ссылке sun.iwu.edu

«Отношение мужчин к феминизму возмутительно, — пишет Стивен Хит» (70). Частично это означает, что мужчины, пытающиеся быть феминистически настроенными, склонны повторять те же патриархальные шаги, от которых мы теоретически отказываемся. Как высказывается Хит:

…в конце концов, это относится к компетенции женщин: то, что именно их голоса и действия должны определять изменения и переоценку… Женщины являются субъектами феминизма, его инициаторами, его создателями, его силой… Мужчины являются объектами… агентами структуры, подлежащей преобразованию… носителями патриархального режима; и мое желание быть субъектом в феминизме — быть феминистом — это только последний маневр в длительной истории их колонизации (1)1.

Хит не первый, кто подчеркнул, что мужчины, приступающие к разговорам о феминизме, могут испытывать соблазн его колонизировать. Среди наиболее известных и наиболее веских аргументов по этому поводу (а это тот, который Хит признает «неотъемлемой частью написания [своего] эссе», 266n), содержится в статье Элейн Шоуолтер «Критичное переодевание: Мужчины-феминисты и Женщина года». В этой статье Шоуолтер обвиняет Терри Иглтона в совершении «набега феминистской критики» в «Изнасиловании Клариссы» (127). По мнению Шоуолтер, Иглтон из «Изнасилования Клариссы» (но не Иглтон из Теории литературы), по-видимому, является одним из «теоретиков-мужчин», которые «заимствуют язык феминистской критики без желания исследовать собственные предрассудки маскулинности в собственной системе считывания» (127). То, что Иглтон должен прояснить свою позицию в отношении феминизма — по той части , что Хит описывает как «объект» феминизма, «[агента] структуры, подлежащей трансформации» — для Шоуолтер чрезвычайно важно. «То, по чему я в основном скучаю из “Изнасилования Клариссы”, — пишет она, — это любой признак со стороны Иглтона, что в его полемике есть что-то двусмысленное и личное, некая авторская тревога, связанная с его собственной культурной позицией» (130).

Шоуолтер писала свою статью в 1983 году, когда феминистская критика самосознания мужчин была относительной редкостью. С тех пор появилось значительное количество гендерной критики, написанной мужчинами, большая часть которой, прямо или косвенно, должна была смириться с «невозможностью» существования связи между мужчинами и феминизмом. Одна из самых ранних книг — «Мужчины в феминизме», рассматривает проблему довольно прямолинейно. Книга возникла на основе пары заседаний MLA в 1984 году; перед заседаниями доклад Хита был распространен среди всех участников. Идея «невозможности» существования связи между мужчинами и феминизмом, таким образом, является повторяющимся вопросом на протяжении всей книги. Например, Алиса Джардин считает, что «невозможная связь» Хита является показателем «борьбы», и, таким образом, кажется, что она враз становится достойной похвалы («Хит хочет, чтобы мужчины учились благодаря феминизму, старались быть как можно более феминистски настроенными» (59)), а также сомнительной («Почему же тогда мужчины хотят быть в феминизме, если речь идет о борьбе?» (58)). Элизабет Вид напоминает нам, что «если связь мужчин с феминизмом невозможна, то в различных вариациях таковой является и связь женщин с феминизмом», поскольку это так и есть и для мужчин, так и для женщин, «хотя мы, как отдельные человеческие субъекты, живем нашей гетерогенностью, мы также живем и с оглядкой на наши социальное положение» (74). «Критичное переодевание» Шоуолтер, которое, как я указал, было важным текстом, предшествующим статьи Хита, включено в книгу (а также ответ Иглтона и обратный ответ Шоуолтер). В этих и других эссе отнюдь не существует консенсуса по вопросу о «невозможности» связи мужчин с феминизмом, но широко распространено признание того, что это проблема: отношение мужчин к феминизму является значительно и, вероятно что, непреодолимо проблематичным.

Однако некоторые гендерные критики мужского пола выступают против утверждения Хита о том, что связь мужчин с феминизмом «невозможна». В книге «Вовлеченные мужчины: проблема мужской феминистской критики» Джозефа А. Буна, отмечая, что «в книге «Мужчины в феминизме» один критик за другим, независимо от его или ее личного прочтения этой проблемы, тем не менее соглашается с теоретической невозможностью того, чтобы мужчины когда-либо были “причастны к” феминизму, за исключением случаев вторжения, насилия, принуждения или присвоения», утверждает, что« быть в» не является единственно возможным отношением между мужчиной и феминизмом» и пытается «перенаправить наше внимание на возможности ( а не отсутствие таковых), присущие связи мужчины и феминизма» (12, подчеркивает Бун). Бун утверждает, что одной из причин, по которой Шоуолтер и другие обнаружили, что вовлечение мужчин в феминистский дискурс происходит в форме колонизации, является то, что они ищут тех критиков, которые, скорее всего, будут в состоянии присвоить феминизм для использования в других дискурсах: «хорошо известные и очень влиятельные люди в академической сфере уже отождествили себя со специфическими школами критики — за исключением феминистской критики — и с крепкими, существовавшими ранее привязанностями, которые, вероятно, почти неизбежно изменили их заявления о симпатиях к феминизму» (14)2. В сущности, как пишет Бун, Шоуолтер преподнесла небольшую группу мужчин в очень специфическом ракурсе, как представителей, собственно «мужского феминизма» («не потому, что она не знает о молодых, менее заметных мужчинах, работающих в этой области, — добавляет он, — а потому, что она пишет обзорное эссе, которое обязательно ограничивает ее выборку критиков»). Согласно Бун, одним из решений данного вопроса является, по его словам, «впредь немного умасливайте «я» — личное местоимение, скрытое в слове мужчина» (12). Под этим он подразумевает как минимум две вещи. Он, прежде всего, обращает внимание на то, что отдельные мужчины отличаются друг от друга, и что теории о мужском феминизме, которые рассматривают всех мужчин, как будто те одинаковы уже в силу того, что они мужчины, столь же разрушительны и склонны к фальсификации, как и аналогичные теории о природе «женщины». Во-вторых, он имеет в виду, что мужчины должны раскрыть свою позицию в отношении феминизма, исходя из особенностей своей собственной жизни. Таким образом, когда он намеревается описать пять «аспектов» из недавней истории мужской феминистской критики, которые будут служить основой его аргументу, он указывает на свое «очень личное и действительно субъективное отношение» касательно этих аспектов и отмечает, что «именно в самой близости и неловкости моей точки зрения относительно каждого из этих случаев я периодически испытывал вышеупомянутый разрыв между «собой» и «мужчинами» во «мне» (13). Он имеет в виду, что существенную долю того, что он узнал из феминизма или о феминизме, он усвоил не потому, что воспринимает его как дискурс, а потому что соприкасается с ним.

Аргумент Буна поднимает важные вопросы о том, как мужчины должны воспринимать свою связь с феминизмом и феминистской критикой. С одной стороны, я не могу слишком сильно хвалить большую часть системы ценностей и идей, упакованных во фразу «умасливать… “я”… в… “мужчине”» (12). Мне кажется, что настойчивость Буна в отношении разнообразия связи мужчин с феминизмом и его попытки увидеть свою личную позицию в отношении феминизма весьма похвальны. Тем не менее, мне кажется, что в аргументации Буна есть некоторые потенциально опасные проблемы. Одним из следствий или целей желания Буна проводить различие между различными типами связей, которые имеются между мужчинами и феминизмом, является обособление себя от «трансвеститов», фальшивых феминистов. Он прямо заявляет, что «прочитал статью Шоуолтер с особой тщательностью, стремясь обнаружить [свое] отличие от “представленных в негативном свете” “феминистов”, упомянутых в названии статьи» (15)2. Тем не менее он никогда не описывает критерии, по которым можно отличить «истинного» феминиста от «ложного». Я, конечно, не стал бы утверждать, что Бун должен сказать нам, кто такой «настоящий мужчина-феминист», чтобы мы знали, кто «попадает» в их число, а кто нет. Но проблема «критериев» имеет смысл: тот факт, что статья Буна, кажется, работает согласно логике критериев — он хочет «обнаружить [свое] отличие от представленных в отрицательном свете «мужчин-феминистов» — выдает элемент защиты в работе Буна: сильное желание не только быть феминистом, но и восприниматься как феминист, «истинный» феминист, в отличие от трансвестита.

К чему ведет такая защита Буна в его эссе, так это к ошибочному обобщению категории «мужской феминизм»; некоторые из эссе в «Вовлеченных мужчинах» — это то, что мы сейчас называем не феминистской критикой, а гендерной критикой. Феминистская аргументация, безусловно, должна, по крайней мере, быть ориентирована на женщину; она должна быть непосредственно привержена борьбе за преодоление угнетения женщин, однако такая борьба ведется и на любой территории. Многие из статей в антологии Буна и Каддена просто не соответствуют указанным критериям. Подобное чрезмерное обобщение, предположительно, не является ошибкой, которую Бун совершил бы сегодня, так как исследования женщин, исследования мужчин и исследования квиров стали признанными академическими областями. Но гипотетический пример может показать, что подобная защита, которая имеется не обязательно у Буна, но у мужчин-феминистов в целом, может привести к еще большим трудностям и на самом деле может сделать невыполнимой часть наиболее ценной работы над вопросом гендера, которую могут выполнять мужчины. Бун цитирует с одобрением, и я думаю это справедливо, что Жардин цитирует Элен Сиксус, что «мужчинам еще есть, что сказать о своей сексуальности» (24). Предположим, что мужчина-критик попытается исследовать идею — широко распространенную в феминистских трудах — о том, что мужская сексуальность является зеркальной, объективизирующей и порнографической для того, чтобы попытаться описать то, каков опыт такой сексуальности, как, как он происходит, что окружает его. Каким будет давление — стопроцентно и всегда — которое окажет «феминист» на такой проект? Как мужчина может сказать что-то подобное на правду относительно такого опыта, если он обнаружит, что правда о его сексуальности заключается как раз в том, каким он быть «не должен»? Это не означает, что подобной критике не надо читать и узнавать из работ таких авторов, как Андреа Дворкина, которая критикует подобною ​​порнографическую сексуальность. Но если мы хотим исследовать нашу маскулинность — а мне кажется, что это то, что мужчины-феминисты должны делать, — то нам следует иметь возможность взглянуть на те аспекты себя, которые не являются феминистскими, а это означает, что мы должны прибегнуть к местам, где давление, чтобы быть «феминисткой», временно приостановлено. Если мы должны «уговорить “я” в “мужчине”», мы также должны уговорить «мужчин» в «я» — всех их. Для мужчин быть защитником феминизма — значит сделать отношения между мужчиной и феминизмом «невозможными».

Это может показаться шатким путем. Ибо, если мужчины хотя бы временно откажутся от своих моральных обязательств быть феминистами — это то, о чем мы говорим, я думаю, моральное обязательство — что вообще должно заставлять их быть феминистами? Что в этом мужского? Я мог бы утверждать, что в примере, который я использовал выше, «отказ» от феминизма совершается для достижения феминистской цели, понимания и, в конечном счете, переосмысления мужской сексуальности, которая угнетала женщин. Но я думаю, что вопрос «что в этом мужского?» хороший вопрос; он заслуживает некоторого внимания. Я не могу ответить на вопрос касательно всех мужчин; Бун совершенно прав, настаивая на том, что разные мужчины устанавливают совершенно разные связи с феминизмом, и это означает, что мужчины придут к различному пониманию своего отношения к феминизму. Я думаю, что могу начать отвечать на вопрос от своего имени.

Мне задавали этот вопрос раньше. На конференции в Корнелле, после того, как я прочитал раннюю версию своей статьи «Мужской профеминизм и маскулинный гигантизм “Радуги земного тяготения”», женщина из зала спросила меня, почему мужчины должны быть вовлечены в феминизм, каково их участие в этом. Как ни странно, я никогда раньше не задумывался над данным вопросом; после одного неудовлетворительного ответа после другого, я ответил одним словом: «вина». Когда смех утих, я продолжил, сказав, что я думаю, что мы должны серьезно относиться к мужской вине, посмотреть, откуда она исходит, и попытаться обдуманно использовать ее. Тогда я знал, что этот ответ не совсем честен, хотя в то время я не мог придумать лучшего. Не то чтобы мой ответ был совершенно нечестным; осознать свое соучастие в угнетении женщин — значит, развить в себе совесть, чувство вины. Но существительное без агента или референта (вина в том, что? относительно кого?) Скрывает столько, сколько раскрывает. Если бы я мог сказать: «Потому что я чувствую себя виноватым», то я бы знал, насколько на самом деле нечестным был ответ и насколько он был несправедливым. Ибо, хотя я не стал бы недооценивать значение или даже силу вины, моя приверженность феминизму гораздо глубже, и это гораздо более проблематично.

Думаю, что все начиналось с моей мамы. Моя мать была до некоторой степени идеалистом всю свою жизнь, особенно на протяжении своей молодости. Ее собственная мать, набожная, несколько жесткая женщина, горячо верившая в тяжелую работу и честное поведение, воспитывала ее как мать-одиночка: она развелась со своим мужем довольно рано из-за какого-то преступления, которым она была слишком возмущена, чтобы его обсуждать. Привычные стандарты поведения моей бабушки были скорее подтверждены, чем изменены вследствие развода. Она была так взбешена моим дедушкой, что она повырезала из своих фотографий ту половину, где был изображен он, но много лет спустя она подписывалась в официальных документах как «Рут Риммер, вдова», потому что развод был слишком постыдным для нее, чтобы публично его признать. Моя мать разделяла неприязнь своей матери к нему; она думала, что он корыстен и прибегал к манипуляциям. Однажды она вспомнила мне написанное ею сочинение для конкурса, которое она дала своему отцу для отправки. Только после того, как она уже выиграла конкурс, она узнала, что отец полностью переписал ее эссе за нее, изменив не только его стиль, но и его содержание. Для него такое не имело значения; важно было выиграть конкурс и прилагавшийся денежный приз. Для нее, конечно, это было грубой узурпацией, унижением всего, что она написала. Этот инцидент символизировал для нее все, что она презирала в этом человеке, а для меня — многое, чем я восхищаюсь в ней. Она была невероятно честна и ожидала, что другие тоже будут честны. В этом возрасте и на каком-то уровне на протяжении всей своей жизни она верила в себя. Она верила в принципе — верила в работу, в интеллектуальный, принципиальный патриотизм, в любовь и брак, в возможности. Ее жизнь подтвердила ее веру: не только яркая, но и трудолюбивая, моя мама хорошо училась в школе, она была членом успешного дискуссионного клуба, она была популярна среди мужчин и женщин.

В аспирантуре она познакомилась с моим отцом. Он был нежным и очень умным. Он был принципиальным. У него было чувство юмора. Если у него и был недочет, так это то, что он был застенчивым; он не любил групповые собрания, которые так много значили для нее, и в некоторых моментах он не мог ей открыться. В то время это казалось мелочью, и, при прочих равных условиях, могло бы быть и так. Их ранние годы были, по ее словам (почти весь этот рассказ от ее лица), довольно счастливыми. Когда они переехали в Кембридж, чтобы мой отец смог получить докторскую степень (они оба уже получили степень магистра), она быстро стала такой же активной, как и в Техасе: она была активной в церкви; она занималась волонтерской работой, и ей нравилось упрекать женщин голубой крови (с которыми она работала), почти так же сильно, как обижалась на их невыносимое превосходство; она преподавала письмо отстающим студентам из экономически неблагополучных семей и заслужила их уважение.

И все же семена ее недовольства были посеяны здесь и в Эванстоне, где мой отец получил свою первую работу учителя. Молчаливость моего отца давалась ей тяжело; его коллеги были скучны. Она возмущалась своей ролью жены преподавателя и снисходительностью мужчин-ученых и их жен по отношению к ней. Когда она родила мою сестру, а это через два года после меня — ее положение ухудшилось. Забота о нас означала, что она должна была отказаться от своей работы, как волонтерской, так и оплачиваемой; молчаливость моего отца, некогда раздражающее, но терпимое, быстро стало невыносимым, когда он стал ее единственным источником компании взрослых. Со своей стороны мой отец попал в богомерзкую гонку за собственность; ученые требовали большей части его сердца и разума, и, не зная другого способа жить, он дал им это. Подобно мужчинам в те времена и в меньшей степени подобно сегодняшним мужчинам, он был обучен думать о своей работе как о чем-то, что, будучи сделано хорошо, можно было бы разделить со своей женой, как дар. Он посвятил ей свою первую книгу, и ему было очень больно от того, что она не прочитала ее и не осознавал, что для нее эта книга была не плодом многолетнего любящего и мучительного труда занятого ума, а главной причиной многих лет невовлеченности этого ума; это было не триумфальное выражение себя для нее, а невовлечение себя. К тому времени, когда они переехали в Остин, где она нашла немного друзей, которые не относились к ней серьезно, где делать было нечего, кроме как заботиться о своих детях, где не было ничего, что могло бы занять ее разум, не соответствовало ее доброте, которую она воспитала в себе, — ее жизнь стала непереносима.

В какой-то момент она начала пить. Я сомневаюсь, что у ее алкоголизма было какое-то конкретное начало; то, что когда-то было социальным, стало суррогатом для социального и обезболивающим для полного и бесповоротного отчуждения от социального. До самого конца своей жизни она была в значительной степени функциональным алкоголиком: она редко пила до 5:30 (точнее, в последующие годы), что позволяло ей, когда ее дети были в школе, возобновить преподавание (и, по всей видимости, она была отличным учителем); она тщательно управляла своими финансовыми ресурсами; она поддерживала дом в аккуратном неизменном состоянии. Она довольно хорошо спрятала алкоголизм от всего мира, и в первую очередь от моей сестры и от меня; я даже не знал, что она пила, или, по крайней мере, что выпивка была какой-то проблемой вплоть до развода моих родителей, хотя теперь я знаю, что на самом деле она пила, а также что сильно пила и задолго до этого.

Однако после развода ни моя сестра, ни я не могли не заметить, как она пьет. До 5:30 она была превосходной матерью, заботливой, непредубежденной, заинтересованной в том, что мы делаем, абсолютно справедливой. После 5:30 она была совсем другим человеком. Она не подвергала нас физическому насилию, за что я становлюсь все более и более благодарным по мере взросления. Но когда она выпивала, она становилась сентиментальной; она жалела себя и ненавидела себя одновременно. Она обвиняла моего отца в том, что тот разрушил ее жизнь, и в то же время обвиняла себя в том, что она не смогла сберечь свой брак; она набросилась на себя за то, что была плохой матерью, и в процессе создала то, чего боялась. Моя сестра и я выступали в роли ее публики для взаимных обвинений и самообвинения, а вскоре стали частью шоу. Отчаянно пытаясь выразить всю свою боль и гнев, она будет критиковать нас за мелочи — плохо вымытую посуду, грязную ванную — в качестве предлога, чтобы держать нас там и с нами поговорить или нам что-то порассказывать; обвиняя себя в беспорядочности нашей жизни, она быстро указала на все, в чем она виновата — мои плохие спортивные результаты и в целом мое подозрительно «слабое», «женственное» поведение, увеличение веса моей сестры, наши неудачи в школе, где, скрывая наши секреты, мы оба были непопулярными, каждый по своему.

Обвиняя моего отца в своем несчастье, она насмехалась над нашей любовью к нему, и в моем случае — и это важно — обвиняла меня в том, что я слишком похож на него, холоден, отчужден, интеллектуально высокомерен, «важное каменное лицо». Она была права во мне, хотя я сначала не узнал человека, которого она назвала моим отцом. Моя стратегия справиться и с ее жестоким обращением, и с потерей отца, и моего детства, и моей веры в себя и — что немаловажно — в мою мать, заключалась в том, чтобы изгнать ее единственным способом, который я знал, а именно: отказаться делиться собой, не показывать эмоций; гордиться и использовать в качестве оружия единственное, в чем никто никогда не додумался бы меня обвинить — в искусстве интеллектуальных игр. Короче говоря, я стал моим отцом, поскольку она знала его; она была права. И я никак не мог выразить или даже понять ужасную несправедливость этого обвинения. В некотором смысле я наслаждался этим. Будучи таким, как мой отец, я мог в одно и то же время сохранять в себе чувство приличия (для той части меня, которая помнила его нежность и остроумие, видела его как спасательный круг в более ранний период, когда не было ни одного ужаса, который теперь окружал меня — и, разве я не был таким, как он?), и принять участие моей матери в ее войне с ним (ибо разве он не такой, как я, бесстрастный и гордый?). Я был слишком похож на своего отца; отлично. Да будет так.

Я бы не стал утверждать, что мое детство и юность были типичными. И все же я теперь поражен слиянием моих частных и условных «я» и «мужчин». Из этого нетипичного семейного сценария — не то, что неблагополучные семьи были редкостью — вырос мужчина, который всецело вписывается в тип мужчины. Мне потребовалось много лет, чтобы осознать это, думая так, как я тогда думал: что я ни в коем случае не являюсь нормальным, что в действительности нормальность была потеряна для меня, а я для нее. И все же это совершенно верно: как и положено мужчинам, я подавил свои чувства; я был высокомерен; я был интеллектуален и довольно снобистски к этому относился. Правда, я был плох в спорте, и редко, если вообще когда-либо испытывал всепоглощающую преданность хорошего друга и товарищей по оружию; но я знал исключительные правила этой игры — товарищи по оружию определяют себя как противники — и хотя я ненавидел то, что считал своими палачами, я одел на себя ледяную маску, которая дала бы мне безопасный путь сквозь их ряды, идентифицирующие меня в качестве одного из них. Я учился из стольких источников, что не смогу разобраться в них сейчас, и я ни в коем случае не отрекаюсь от жестокого обращения со стороны моей матери, которое стало источником моего мужского поведения тогда или сейчас. Но эта арена кодифицировала мою мужественность, укрепила ее, запечатлела ее, дала ей оправдание и причину, окаменела в моих эмоциях ужасным образом отрицания, подавления, онемения, отчужденности, высокомерия; образец солипсизма, в связи с которым я снова и снова отрезаю себя от других, цепляясь за стратегию размежевания, которую я принял за саму модель человеческого сознания; своего рода вуайеризм в повседневной жизни, ограничение сексуального и эмоционального контакта с пристальным обиженным желанным взглядом из-за важной каменной маски; образец, в общем, который сейчас выглядит для меня очень похожим на образец того, каковы «должны» быть мужчины. Как мужчина я был слишком похож на своего отца.

Но в то же время я считаю, что мои отношения с матерью вдохновляют меня и на приверженность к феминизму. И снова мое особое затруднительное положение резонирует в рамках культурных моделей. Я — мужчина; меня обвиняет моя мать, чья жизнь была разрушена патриархальной культурой, нивелирующей ее амбиции, ее интеллектуальные возможности и ее ощущение себя как порядочного человека — слишком похожего на моего отца. Хоть моя мать и не считала себя феминисткой, ее жизнь была резкой критикой феминисток, написанной чернилами, состоящих из страданий. Я несу ответственность за это, подумал я; поскольку, как и дети алкоголиков, я чувствовал свою ответственность, хотя я не мог тогда сформулировать это для себя. Каким-то образом я виноват в том, что мои родители развелись, что моя мать была отчаянно несчастна, что мой отец остался в стороне. Недостаток был во мне; разве моя мама не сказала мне так много? Но здесь моя аналогия — в той мере, в которой это является аналогией, а не просто жизненным опытом, — рушится. Я не был ответственен за пьянство моей матери, но я несу ответственность за все маскулинистские модели поведения, которые я выучил, разыгрывал и увековечивал в других.

Чувство вины, в самом-то деле; как быстрый защитный ответ, это много скажет любому, кто знает, что это слово значит для меня. Но не просто вина. Потому что страдания моей матери были источником моих собственных, и они продолжались в течение многих лет, и в самом деле продолжаются до сих пор. Снова и снова я возвращался на эту арену, пытаясь пережить эту тревогу, вину, боль, одиночество, потерю, страх; посредством всех уловок, маленьких или больших — которые известны детям алкоголиков — я пытался воссоздать гостиную, какой та была: моя мать на диване, мы на полу, пытался вернуться для того, чтобы повернуть время вспять только на одну день и чтобы снова знать, что моя мама любит меня так, как я знал, она любит; что я люблю ее и никогда не переставал этого делать; что я могу любить ее, не боясь разоблачения или упрека; что все, что я сделал, я мог бы отменить или быть прощенным; что она могла быть счастлива; что мой отец мог вернуться; что все могло быть в порядке. Но все, что я нашел, это саму схему, но не передышка; стремясь избежать этого страдания, я снова и снова становился моим отцом. Как я мог остановиться? В слишком многом я был, как мой отец; как перестать быть собой?

Я мало что узнал от мамы, что было собственно феминистским, за исключением простого чувства справедливости, но из-за нее феминизм для меня на карту ставит все. Мне потребовалось много лет, чтобы понять, что я не могу спасти свою мать, что я не несу за нее ответственности. После этого мне потребовалось много лет, чтобы понять, что мой отец был не совсем уж злодеем, каким его подавали. Не то чтобы он был невиновен; никто из нас не был. Но если я задам себе очевидный вопрос — даже если он и не создавал и не применял правила, лишившие мою мать самореализации (и моя мать была достаточно строгой), разве он, как глава семьи, не получал выгоду от моей матери? Статус домохозяйки, матери, жены преподавателя? — тогда я должен ответить, да, конечно, он получал, но, думаю, не так много, как он выиграл бы от равноправных отношений с женщиной, которая была разумно самореализована. Он должен был проходить ночные сцены в течение многих лет, прежде чем это начали делать мы; и он должен был справляться с эмоциональным беспорядком, как и все мы. В этом доме никто не выиграл от патриархата. Ни моя сестра, ни я, это уж точно; грехи отцов возвращались с удвоенной силой.

Я не могу с уверенностью сказать, что феминизм — имей он большую власть в поколении моей матери — «спас бы» любого из нас; феминизм не лекарство от алкоголизма. Но я убежден, что он имел бы значение. И поэтому, из-за моих, по общему признанию, особых семейных обстоятельств, мне представляется совершенно очевидным, что феминизм отвечает моим интересам и долгосрочным интересам всех мужчин. Не обязательно всем моим интересам во множественном числе, но в наиболее важным из них. Суть в том, что мужчины не отделены от феминизма, потому что они не отделены от женщин. Благополучие наших матерей, бабушек, сестер, других значимых людей, жен, начальников, коллег и подруг тесно переплетено с нашим собственным, связанным на самых глубоких уровнях нашей психики, несмотря на то, что мужские (как правило, явно ложные) претензии являются «независимыми». Благополучие в конечном итоге не измеряется и не отмеряется с точки зрения власти и привилегий, оно является продуктом отношений. Как тогда я мог утверждать, что эта борьба за феминизм не является также моей?

Я не верю, что мужской феминизм «невозможен»; и при этом я не верю, что Хит думает, что это так. Хит подчеркивает, что он говорит, будто связь мужчин с феминизмом невозможна не «к сожалению, и не из-за в сердцах сказанного… но ввиду обдуманного осмысления» (1). Использование Хитом слова «невозможна», то есть гиперболы с политической функцией служит для замедления легкого вхождения мужчин в феминистский дискурс, чтобы напомнить мужчинам, что их позиция в отношении феминизма всегда проблематична, всегда обусловлена их положением и их идентичностью в качестве мужчин. Такой скептицизм по отношению к себе является хорошей штукой, если он не становится парализующим.

Но мне интересно, если, спрашивая о связи мужчин с феминизмом, мы в итоге не отвлекаем внимание от того, что более важно — связи мужчин и отношений с женщинами. В конечном счете не важно, может ли любой мужчина или какой-либо конкретный мужчина называть себя феминистом или профеминистом; такое обращение — политический ход, полезный в одних контекстах, опасный в других. Важно то, как мужчины ведут себя по отношению к женщинам, как в межличностных отношениях, так и в рамках более крупных социальных структур. Чтобы вести себя хорошо, я полагаю, требуются не только — и даже не столько — интеллектуальные навыки, как категоризация (феминистская / не феминистская) и анализ (феминист обладает качеством х, качеством у), как фундаментальные личные качества и межличностные способности: справедливость, забота, целеустремленность, уважение к другим, честность по отношению к другим и к себе, непредубежденность, скептицизм в отношении полученной мудрости, способность слушать, способность представлять себя на месте другого. Ни одно из этих качеств нельзя назвать исключительно или определенно феминистским, хотя они были центральными ценностями в феминизме с самого начала. Вместе они определяют сферу деятельности, где «невозможность» не является проблемой: все эти качества и способности возможны — и все они комплексны, требуют постоянной борьбы и внимания.

1992

1 «Мужчины и феминизм» Хита и «Стратегически важное переодевание» Шоуолтер цитируются так, как они появляются в «Мужчины и феминизм» у Jardine and Smith, хотя оба они появились раньше (эссе Хита в более полной версии), потому что я учитываю, что последний текст наиболее широко доступен. назад

2 Торил Мои, в своем ответе на «О мужчинах и феминизме», отмечает, что существует «несколько тревожный институциональный подтекст к призыву Буна для мужчин в феминизме. Этот подтекст структурирован по ряду противоположностей: старый / молодой, видимый / невидимый, известный / неизвестный, болтливый / молчаливый и т. д. (см. в др. местах). Но, за одним или двумя неуклюжими исключениями, Бун не применяет эти категории к женщинам-критикам. Его интересует агонистическая борьба между молодыми и старыми, невидимыми и видимыми мужчинами» (186-7). Это не только повторение стандартного мужского соперничества, но и сомнительное риторическое подтверждение его феминизма: «Бун, используя правую, «угнетенную» сторону хорошо известного ряда патриархальных бинарных оппозиций, и помещая их в своем собственном профессиональном контексте, пытается выдать любого неизвестного критика мужского пола за «молчаливого», «невидимого», «бессильного» — короче говоря, как «женоподобного», а отсюда, значит, и за «феминиста» (187). назад

Работы, которые цитируются

Бун, Джозеф Аллен. О мужчинах и феминизме: Какой из полов пишет сценарий? Вовлеченные мужчины: проблема мужской феминистской критики. Ред. Джозеф Аллен Бун и Майкл Кадден. Нью-Йорк: Routledge, 1990. Стр. 11-25.

Хит, Стивен. «Мужской феминизм». Dalhousie Review 64.2 (лето 1984): стр. 70-101. Краткая версия напечатана в Jardine and Smith, стр. 1-32.

Жардин, Алиса. Мужчины в феминизме: Odor di Uomo или Compagnons de Route? Jardine and Smith, стр. 54-61.

Жардин, Алиса и Пол Смит, ред. Мужчины в феминизме. Нью-Йорк: Methuen, 1987.

Мои, Торил. Мужчины против патриархата. Пол и теория: Диалоги по поводу феминистской критики. Ред. Линда Кауфман. Оксфорд: Basil Blackwell, 1989. стр. 181-188.

Шоуолтер, Элейн. Стратегически важное переодевание: Мужчины-феминисты и Женщина года. Raritan 3: 2 (осень 1983 года). Позжая публикация в  Jardine and Smith, стр. 116-132.

Вид, Элизабет. «Мужское место». Jardine and Smith, стр. 71-77.

 

Наземные позвоночные

Оригинал доступен на сайте tolweb.org

Стегоцефалы (панцирноголовые): четвероногие и другие позвоночные с пальцами

Мишель Лоран

The Devonian terrestrial choanates Acanthostega and Ichthyostega

taxon links

Модифицировано из Кэрролл (1995), Лоран и Райз (1997) и Лоран (1998a-c). Разряд Whatcheeria соответствует Ломбарду и Болту (1995). Разряд малоизвестных девонских таксонов (тех, количество пальцев которых является неопределенным: Elginerpeton, Metaxygnathus, Ventastega и Hynerpeton) соответствует Ahlberg (1998). Темноспондильные часто считаются ранними земноводными. Однако, обратите внимание, что в данном филогенезе они не являются тесно связанными с беспанцирными.

Содержащая группа: Лопастеперые рыбы

Вступление

На этой странице рассматриваются наземные позвоночные и другие позвоночные, у которых на конечностях присутствуют пальцы, а не плавники. Крепкая конечность, характерная для этой клады, обычно имеет четко выраженные суставы и пальцы (пальцы рук и ног) и носит название chiridium. Эта группа включает в себя около 21 100 существующих видов и, возможно, гораздо большее количество вымерших видов. Четвероногие — это только одна из нескольких групп позвоночных с chiridium (см. Раздел о классификации ниже).

Наземные позвоночные распространены по всему миру. Самые ранние представители этой группы были умеренно большими (с длиной тела 1-2,5 м). Самые древние из известных скелетных останков наземных позвоночных были обнаружены в верхнем девоне в Восточной Гренландии (Клак, 1994). Наличие троп в нижнем и среднем девоне в Австралии привело к предположению, что данная группа, возможно, возникла в период нижнего девона, по крайней мере, 400 000 000 лет назад (Уорен и др., 1986), но пальцы у этих оттисков не видны, поэтому указанные тропы могли быть оставлены другими лопастеперыми.

Самая большая группа наземных позвоночных — это Tetrapoda (см. Раздел «Классификация наземных позвоночных» ниже). «Tetrapoda» означает «четыре лапы», и группа была названа так, поскольку у ее представителей попросту были четыре конечности, а не плавники. Данный таксон включает в себя около 3 000 существующих видов амфибий (лягушек, саламандр и цецилий) и приблизительно 18 100 существующих видов амниот (млекопитающих, рептилий и птиц). Количество вымерших видов четвероногих, конечно, неизвестно, но около половины известных в настоящее время видов четвероногих вымерли (Кэрролл, 1988).

Четвероногие возникли не позднее миссисипского периода (около 350 миллионов лет назад) — периода, благодаря которому мы имеем представление о самых старых известных сородичах живых амфибий. Сородичи амниот, должно быть, существовали в то время, но они до сих пор не были найдены. Окаменелость, о которой речь велась ранее (Смитсон и др, 1994; Кэрролл, 1995) как о раннем миссисипском амниоте или антракозавре (Westlothiana), является, вероятно, либо stem-tetrapod, либо ранней амфибией (Лоран, 1998a). Стегоцефалы (определение этой группы см. в разделе о классификации ниже) возникли не позднее верхнего девона.

Общая длина четвероногих составляет от 9,8 мм (лягушка Psyllophryne didactyla) до 30 м (синий кит). Они распространены по всему миру и населяют все основные места обитания. Большинство из них наземные, но некоторые вернулись в водную среду, в которой жили наши далекие предки. К водным четвероногим относятся различные саламандры (sirenidae, cryptobranchidae, proteidae и т. д.), Лягушки (pipidae), некоторые цецилии (typhlonectidae), кожистые черепахи, морские змеи, ластоногие (тюлени и моржи) и киты. У некоторых четвероногих имеются способности к полету (птицы и летучие мыши), в то время как другие планируют (белки-летяги; Dermotherium, иногда называемые «летающими лемурами», даже при том, что они не приматы), и летающие драконы (Draco volans).

Страница История жизни стегоцефалов содержит информацию по этой непростой теме.

Основным органом дыхания большинства стегоцефалов является легкое, но у многих групп существуют и другие органы дыхания. Более подробная информация доступна на странице Дыхание у стегоцефалов.

У многих стегоцефалов имеется барабанная перепонка для того, чтобы слышать высокочастотные звуки, передающиеся по воздуху, а орган боковой линии обнаружен у многих водных амфибий. Для получения дополнительной информации посетите страницу Слух у стегоцефалов.

Характеристики

Стегоцефалы обладают обширной историей окаменелостей (Кэрролл, 1988). Филогенетические исследования выявили несколько выявленных характеристик (синапоморфий) у стегоцефалов:

  • Исчезновение у представителей кое-каких костей черепа. У пандерихтисов (группы лопастеперых рыб, наиболее тесно связанных с панцерноголовыми), череп объединен несколькими костями с плечевым поясом очень крепко: указанные кости перестали существовать в самом начале эволюции наземных позвоночных. Исчезновение нескольких костей черепа также позволила создать подвижную шею, позволяющую двигать головой в отношении к туловищу. Такая особенность позволяет при ходьбе довольно статично держать голову.
  • Исчезновение глазных костей, покрывающих жаберную камеру у костных рыб. Ранние хоановые не нуждаются в жаберной крышке, потому что внутренние жабры у них перестали существовать, которые присущи их ранним предкам. Тем не менее, жаберная оболочка исчезла, вероятно, еще до исчезновения внутренних жабр (Коутс и Клак, 1991).
  • Изменения хорды и ригидного позвоночника. Тело позвоночника osteolepiforms является тонким и окружает хорду (жесткий стержень, присутствующий у всех хордовых и сохраняющийся у человека в качестве межпозвоночных дисков), сильно ee не сжимая. У стегоцефалов центральные слои толстые и сужают хорду. Специальные поверхности суставов (зигапофизы) соединяют нервные дуги друг с другом. Хорда короче, то есть такая, что не распространяется на черепную коробку. Хорда osteolepiforms распространялась до места, вблизи гипофиза.
  • Четыре крепкие конечности с отдельными пальцами (пальцами рук и ног). У ранних лопастеперых рыб, снабженных плавниками, таких как Eusthenopteron, были крепкие плавники с элементами, гомологичными плечевой кости, лучевой кости, локтевой, связующего звена, локтевой, бедренной, большеберцовой, малоберцовой и пяточной костей, но гомологичность более дистальных элементов конечностей является неопределенной и спорной. В настоящее время неясно, являются ли сегментированные, разветвленные, эндоскелетные лучевые кости в дистальной части плавника лопастеперых, таких как Eusthenopteron или Tiktaalik, гомологичными пальцам. Были представлены как аргументы за (Шубин и др., 2006), так и аргументы против (Лоран, 2006) данной гипотезы.
  • Крестцовое ребро, соединяющее осевой скелет (позвоночник) с тазовым поясом (бедром). Это позволяет передавать вес тела четвероногих на задние конечности. У osteolepiformes не существовало какой-либо костной связи между их осевым скелетом и тазовым поясом. Исчезновение лучей дермального плавника (модифицированные чешуйки, поддерживаеміе плавниками). Это просто означает удаление системы, в которой больше нет надобности и, вероятно, которая на суше будет даже мешать.

Указанные особенности появились не все сразу и не внезапно. У самые древних известных четвероногих, таких как Ichthyostega и Acanthostega, есть промежуточные параметры некоторых из этих особенностей и имеется недостаток в других. Например, Ichthyostega сохранил субоперкулярную кость — ту, которая составляла часть глазного комплекса, покрывавшего у osteolepiformes жаберную камеру. Acanthostega сохранил аноклетрум, являющийся одной из составляющих, связывавших череп с плечевым поясом у остеолипоформ (Коутс и Клак, 1991). Хорда у Ichthyostega и Acanthostega глубоко проникала в мозг, и у большинства ее хвостовых позвонков отсутствовали зигапофизы (Ярвик, 1952). Связь тазового пояса с крестцовым ребром у Acanthostega была еще плохо выражена. Наконец, как у Ichthyostega, так и у Acanthostega сохраняются лепидотрихии в хвосте, что указывает на то, что у упомянутых таксонов все еще был хвостовой плавник.

Предыдущий список включает исключительно характеристики скелета, потому что все самые ранние группы четвероногих вымерли, а пластичные анатомические части можно изучать только на примере представителей существующих таксонов. Следующие характеристики встречаются у четвероногих, а вот у других существующих позвоночных — нет. Это:

  • Слой мертвых, роговых клеток, который уменьшает потери воды при испарении. Такой слой есть у амниот и у большинства беспанцирных. Кератин помогает поддерживать слои липидов, уменьшающих потери воды (сам кератин обладает плохими водонепроницаемыми свойствами).
  • Мышечный язык с железами развит в значительной степени. И все же, у некоторых беспанцирных присутствует только основной язык, как у рыб. Основной язык — это просто мясистая складка на дне рта, где собственные мышцы отсутствуют, а подвижность ограничена.
  • Паращитовидная железа участвует в контроле уровня кальция в крови.
  • Гардерова железа, расположенная перед глазом. Эта железа выделяет маслянистую жидкость, смазывающую глаза.
  • Вомероназальный орган (орган Якобсона). Этот орган обоняния расположен в небе и, вероятно, используется для того, чтобы чувствовать запах пищи, находящейся во рту.
  • Потеря внутренних жабр. Внешние жабры, присутствующие у многих присобленных к воде беспанцирных и беспанцирных в стадии личинки, являются новыми структурами и не гомологичны внутренним жабрам рыб.

Трудно определить, когда именно появились указанные характеристики, потому что в окаменелостях они не сохранились (за исключением косвенных признаков внутренних жабр), а самые близкие известные родственники тетраподов вымерли. Однако эти признаки не обнаружены у двоякодышащих (ближайших сохранившихся родственников четвероногих). У Acanthostega — девонских стегоцефалов — все еще существовали внутренние жабры (Коутс и Клак, 1991), и Ichthyostega, вероятно, сохранил их тоже, но ни у каких других стегоцефалов, насколько известно, их не было. Следовательно, внутренние жабры, вероятно, были утрачены в начале эволюции стегоцефалов, в девоне или в миссисипском периоде (около 360 миллионов лет назад), и ни у одного четвероногого не было внутренних жабр.

Классификация наземных позвоночных

В прошлом большинство наземных хоановых были включены в надкласс четвероногих (Гафни, 1979). Недавно четвероногие были формально определены как краун-группа (Готье и др., 1989). Краун-группа — это клад, который включает последнего общего предка двух или более существующих таксонов и всех его потомков. В этом случае четвероногие была определена как клад, который включает в себя последнего общего предка беспанцирных и амниот, а также всех его потомков.

Согласно Готье и др. (1989), класс четвероногих включал большинство известных ископаемых наземных позвоночных, поскольку считается, что темноспондилы являются стем-группой амфибий, тогда как эмболомеры, гефиростегиды и сеймуриаморфы считались более тесно связанными с амниотами, чем с беспанцирными. Поэтому только несколько очень ранних наземных позвоночных, таких как Ichthyostega и Acanthostega, были исключены из класса четвероногих.

Филогенез хоановых, представленный здесь, предполагает, что темноспондилы, эмболомеры, гефиростегиды и сеймуриаморфы не являются частью краун-группы. Если это так, то указанные таксоны не относятся к четвероногим, и появление «конечности четвероногих» предшествует появлению самих четвероногих. В первых версиях этой страницы всех саркоптеригов, обладающих пальцами, называли просто наземными позвоночными, потому что формальная филогенетическая таксономия всей этой клады не была предложена. Указанная таксономия была опубликована недавно (Лоран, 1998a). Таксон стегоцефалов (который в течение длительного времени включал всех позвоночных, за исключением беспанцирных и амниот, имеющих chiridium), определял всех хоантовых как таких, что более тесно связанны с Темноспондилами, чем с Пандерихтисами (ближайшим сородичем четвероногих, о которых известно, что у них были парные плавники). Поэтому стегоцефалы включают в себя все таксоны, у которых есть пальцы, и несколько (Elginerpeton, Metaxygnathus, Ventastega и Hynerpeton), у которые могут обладать парными плавниками. Вопреки предыдущему использованию данного термина, стегоцефалами теперь называется кладой. Термин «панцирноголовые» будет использоваться ниже, потому что он не передает гипотетическую и, вероятно, несколько ошибочную интерпретацию того, что все позвоночные, имеющие пальцы, являются наземными. Как объясняется ниже, самые ранние представители этой клады, вероятно, были просто приспособлены к жизни в воде.

Примечание об узле, обозначенном как Amphibia: иные ограничивают название Amphibia потомками самого последнего общего предка существующих амфибий (терминальный таксон Живые Амфибии в этом дереве). Автор предпочитает использование, указанное в дереве, указанном выше, а определение амфибий как и всех четвероногих, связанных более тесно с существующими амфибиями, чем с амниотами, имеет исторический приоритет (Лоран, 1998a), но второе обозначение было довольно широко распространено и не может быть проигнорировано. На этой странице термин «Amphibia» всегда относится к узлу, указанному в дереве выше, а существующие амфибии называются беспанцирными.

Примечание об узле, обозначенном как Tetrapoda: другие расширяют использование указанного названия, чтобы включить всех позвоночных, имеющих конечности с пальцами (Лоран и Андерсон, 2004). Однако на этой странице Tetrapoda (четвероногие) всегда имеет в виду узел, указанный в дереве, расположенном выше.

Обсуждение филогенетических связей

Филогенез панцирноголовых является спорным. Почти все таксономисты сходятся во мнении, что существующие амфибии образуют монофилетическую группу (Lissamphibia — беспанцирные), которая тесно связана с амниотами, но происхождение беспанцирных и амниот является спорным. Лоран и Райз (1997, 1999), Лоран (1998a, b), а также Уаллин и Лоран (2004) предполагают, что тонкопозвонковые являются стем-группами амфибий и что диадэктоморфы более тесно связаны с амниотами, чем с беспанцирными. Следовательно, многие группы палеозойских панцирноголовых, такие как темноспондилы и сеймоуриаморфы, с амниотами или беспанцирными тесно не связаны:

Тем не менее, в самых ранних исследованиях и в нескольких недавних исследованиях предполагалось, что беспанцирные происходят от темноспондилов и что диадэктоморфы, сеймуриаморфы и эмболомеры более тесно связаны с амниотами, чем с беспанцирными (Болт, 1969; Гафни, 1979; Готье и др., 1988, 1989; Милнер, 1988, 1993; Панчен и Смитсон, 1988; Труб и Клотье, 1991; Ломбард и Сумида, 1992; Рута и др., 2003а, б; Рута и Коутс, 2007). Тонкопозвонковые часто рассматривались как парафилетическая группа, в которую входили ранние сородичи темноспондилов и беспанцирных. Поэтому большинство известных стегоцефалов рассматривались как связанные с беспанцирными или амниотами. Считалось, что только Ichthyostega и другие девонские таксоны (Acanthostega, Tulerpeton) принадлежат к одной из этих двух основных эволюционных линий:

Некоторые палеонтологи все еще предлагают полифилетическое происхождение существующих амфибий (Андерсон, 2007, 2008; Кэрролл, 2007; Андерсон и др., 2008), где безногие земноводные относятся к тонкопозвонковым, а безхвостые и хвостатые земневодные — к темноспондилам. Это подразумевает, что гимнастофионаны более тесно связаны с амниотами, чем с бесхвостыми и хвостатыми земноводными. Данный филогенез несовместим со всеми опубликованными молекулярными и наиболее морфологическими филогенезами, предполагающими, что существующие амфибии образуют кладу, в которой амниоты исключены (Лоран, 2002). Кроме того, пересмотр шифрования основной поддерживающей матрицы показывает, что она фактически поддерживает монофилетическое происхождение беспанцирных из «тонкопозвонковых» (Марьянович и Лоран, 2009). Данные о развитии также были предложены в поддержку существующей полифилии амфибий (Шох и Кэрролл, 2003; Фрьобиш и др., 2007), но эти аргументы были опровергнуты (Шох, 2006; Жермен и Лоран, 2009; Марьянович и Лоран, 2009). Данные о развитии не проводят различий между разными гипотезами о происхождении беспанцирных.

Самый недавний филогенез, отстаивающий полифилию беспанцирных (Андерсон и др., 2008), частично основан на недавно описанном temnospondyl Gerobatrachus hottoni, который первоначально интерпретировался как сестринская группа Batrachia, которая гнездится глубоко в темноспондилах; безногие земневодные относятся к тонкопозвонковым. Этот вывод частично основан на интерпретации различных морфологических признаков рода Gerobatrachus, таких как ножка зубов (синапоморфия беспанцирных), нахоящаяся в основе зуба (слитые дистальные лапки 1 и 2; синапоморфия земноводных) и узкая, направленная вбок неба (синапоморфия salientia). Тем не менее, наличие синапоморфий нескольких клад, а также другие, гораздо более простых признаков, таких как сохранение постпариетальности, пластиначтости и супратемпоральности, указывает на обширную гомоплазию. Возможны другие интерпретации морфологии Gerobatrachus hottoni, и включение этого вида в первую матрицу данных, которая поддерживает полифилию беспанцирных (Макгоуен, 2002), все еще поддерживает монофилетическое происхождение беспанцирных в границах тонкопозвонковых (Марьянович и Лоран, 2008b).

В нескольких молекулярных исследованиях были предложены очень ранние даты начала диверсификации беспанцирных, начиная примерно с 337 млн ​​лет назад (Чжан и др., 2005) до 362 млн лет назад (Сан Мауро и др., 2005; Ролантс и др., 2007). , Чжан и др. (2005) также предположили, что это подразумевало, что беспанцирные появились от темноспондилов, но Ли и Андерсон (2006) указали, что такие ранние даты диверсификации более совместимы с полифилетической гипотезой, согласно которой существующие амфибии образуют кладу, которая исключает амниотов, но происходит от тонкопозвонковых, и темноспондил. Тем не менее, новое молекулярное и палеонтологическое датирование диверсификации беспанцирных предполагает гораздо более недавнюю диверсификацию для этой группы, в перми (Марьянович и Лоран, 2007). Расчет доверительного диапазона истинного стратиграфического периода беспанцирных, основанный на дальнейшей разработке самого сложного метода, разработанного Маршаллом (1997), также предполагает пермское монофилетическое происхождение группы (Марьянович и Лоран, 2008a).

Дополнительное обсуждение и более подробную информацию о филогенезе можно найти на странице Филогенез стегоцефалов.

Происхождение стегоцефалов

Было предложено несколько сценариев, объясняющих происхождение chiridium и причины, по которым позвоночные выходят на сушу. Теория, найденная в большинстве популярных книг, гласит, что засушливый климат, который когда-то считался преобладающим в девоне, заставил наших лопастеперых предков выползти из водоемов (которые в определенный сезон высыхали), чтобы достичь более крупных и глубоких водоемов (Ромер, 1933). Однако проблема с этим сценарием заключается в том, что девон больше не считается таким периодом, когда были сезонные засухи, а классические позднедевонские образования, такие как эскуминак в Квебеке, Канада, в настоящее время считаются устьичными (следовательно, сезонная засуха не может возникнуть, так как уровень моря в значительной степени не зависит от времени года). Эндоскелет плавников тетраподоморфов, у которых наличествовали плавники — недавно изученный у семейства трихоптеридов из рода Eusthenopteron — был, по-видимому, очень губчатым и, по-видимому, не подходил для того, чтобы выдерживать значительные механические нагрузки в течение длительных периодов времени, как это происходило бы при длительных наземных прогулках (Лоран и др., 2007). Кроме того, недавние исследования функциональной морфологии выдвигают предположение, что конечности могли развиваться, чтобы позволить нашим ранним предкам ходить по дну мелких водоемов или болот (Эдвардс, 1989). Открытие довольно исчерпывающих образцов девонских хоанов Acanthostega (Коутс и Кларк, 1990) подтверждает, что их конечности были плохо приспособлены для прогулок по суше (Циммер, 1995). Предполагаемое наличие внутренних жабр у Acanthostega также подтверждает, что это животное все еще было в основном водным (Коутс и Кларк, 1991). Переход от водной среды к земной, похоже, занял больше времени, чем считалось ранее.

Ранняя эволюция конечностей

Давно известно, что компоненты, гомологичные стилоподию (бедро и плечевая кость) и зевоподию (лучевая кость, локтевая кость, большеберцовая кость и малоберцовая кость), встречаются у тетроподоморфов (как говорится, например, у Грегори, 1911), но до недавних пор мало что было известно о времени появления различных признаков конечностей у четвероногих. В последнее время на этом фронте достигнут большой прогресс. Например, недавнее гистологическое исследование показало, что парные плавники Eusthenopteron foordi обладали настоящими длинными костями, которые росли в длину и толщину благодаря эндохондральному и периостальному окостенению, как и у четвероногих (Менье и Лоран, в печати). Бойсверт и др. (2008) показали, что дистальная часть грудного плавника у Panderichthys (одного из тетраподоморфов, снабженных плавниками, наиболее близких к краун-группе) состоит из нескольких радиалов, как и следовало ожидать от вида, тесно связанного с панцироголовыми. Более ранняя реконструкция, которая представляла одну большую дистальную пластинку вместо нескольких меньших радиальных линий, представляется неверной интерпретацией.

До недавнего времени самым древним неопровержимым доказательством наличия пальцев были остатки скелета с самого конца девона (фаменский период). Четыре девонских таксона, согласно предположениям включенных в дерево, представленное выше, известны из фрагментарных останков. Фрагментарная природа останков этих родов не позволяет достоверно оценить их родство, хотя Коутс (1996) и Альберг (1998) предположили, что они более тесно связаны с четвероногими, чем с родом panderichthys (ближайшими известными родственниками четвероногих, которые, как известно, сохранили парные плавники). К таким загадочным таксонам относятся Elginerpeton (Альберг, 1995), Ventastega (Альберг и др., 1994), Metaxygnathus (Кэмпбелл и Белл, 1977) и Hynerpeton (Дейшлер и др., 1994). Их аппендикулярный скелет плохо известен (или не известен), и они исключены из наименьшей клады, в которую входят позвоночные, имеющие конечности. Следовательно, они могли сохранять плавники (Лоран и др, 2000). Однако недавнее обнаружение тропы относящейся к периоду среднего девона (Eifelian) (Нидзвецкий и др., 2010) в заброшенном карьере Захельме (Польша) повышает вероятность того, что такие формы, как Elginerpeton, обладают пальцами. Далее Нидзвецкий и др. (2010) предполагают, что эта тропа подразумевает, что у девонских стегоцефалов очень плохая окаменелость, поскольку это предполагает (с их точки зрения) наличие шести длинных призрачных линий, простирающихся от Среднего до позднего девона у стегоцефалов, кроме того, к дополнительным линиям привидений у близкородственных тетраподоморфов, таких как Panderichthy, Tiktaalik, Elpistostege и Livonia (см. рисунок, часть A). Тем не менее, данное утверждение может быть преувеличено в силу того, что точное систематическое положение создателя тропы в Захельмье неизвестно. Он может представлять более базальную группу, исключенную из наименьшей клады, которая включает в себя Elginerpeton, Ventastega и более краун-групповые виды, а это будет означать одну безымянную родственную стегоцефалам линию, простирающуюся от середины до позднего девона, в дополнение к нескольким безымянным линиям тетраморфов, обладающих плавниками (Лоран, 2010; рисунок, часть B).

Phylogenetic tree with two possible placements of the Zachelmie trackway

Возможные филогенетические расположения польской среднедевонской тропы. А — расположение, предложенное Нидзвецким и др. (2010). B — расположение, предложенное (в тексте) Лораном (2010). Учитывая имеющиеся доказательства, ни одно из них не может быть опровергнуто. Безымянные роды обозначены синим цветом. Ветви чуть ниже возможного положения тропы обозначены зеленым цветом. Часть А перенесена с рисунка 5b Нидзвецким и др. (2010).

Считается, что наличие пяти пальцев на передних и задних конечностях у четвероногих является зачаточным и это самое большое число пальцев, которое было у наших ранние предки. Пять пальцев, вероятно, были в наличии у самых ранних четвероногих, но не у самых ранних панцироголовых. Недавние открытия показали, что у самых ранних стегоцефалов было больше пальцев; У Acanthostega было восемь пальцев на передних конечностях, у Ichthyostega было семь пальцев на задних, а у Tulerpeton было шесть пальцев на передних (Лебедев, 1986; Гулд, 1991). Однако эти «лишние» пальцы были быстро утеряны, поскольку, как известно, ни у одного постдевонского панцероголового не было более пяти пальцев.

Коутс (1991, 1996) предположил, что пентадактильность возникала дважды (по крайней мере, в случае с передней конечностью), потому что в его предполагаемых филогенезах девонский полидактильный панцироголовый Tulerpeton тулерпетон, как полагается, был более тесно связан с амниотами, чем с беспанцирными. Поэтому он утверждал, что восстановление от полидактильного до пентадактильного состояния происходило у антракозавров (амниот и их вымерших родственников) и у амфибий (хотя пентадактильность у амфибий известно только исходя из нескольких образцов; у большинства беспанцирных есть только четыре пальца в кисти). Однако повторный анализ этих данных и включение Tulerpeton в матрицу данных, которая включает больше таксонов, позволяет предположить, что пентадактильность появилась только один раз, задолго до расхождения между амфибиями и антракозаврами (Лоран, 1998c). Этот вывод является результатом размещения Tulerpeton в более базальной позиции в филогенезе за пределами клады, включающем все пост-девонские (и все пентадактильные) таксоны.

Завоевание суши позвоночными

Первые позвоночные с конечностями, такие как Acanthostega и Ichthyostega, принадлежали к таксонам, явно обитающим в воде (Клак, 2002), потому что они, по-видимому, сохранили внутренние жабры, о чем свидетельствуют бороздки на кератобранхиальных мышцах, которые могли вместить афферентные жаберные артерии. Они также сохранили постбранхиальную пластинку лимана, которая могла отграничивать ветвистую камеру сзади (Коутс и Клак, 1991). Кроме того, они сохранили лепидотрихию в хвостовом плавнике и хорошо развитый орган боковой линии, как показывают каналы его головной части.

Внутренние жабры, возможно, исчезли довольно рано во времена каменноугольного периода, и у панцирноголовых нет никаких следов lepidotrichia после девона, и это может указывать на немного менее водный образ жизни. Тем не менее, орган боковой линии сохранился у большинства каменноугольных и многих пермских панцирноголовых , что говорит о том, что многие виды все еще были преимущественно водными. Отсутствие канавок для органа боковой линии не является надежным критерием для определения образа жизни, соответствующего суше, поскольку орган может присутствовать, не оставляя следов на скелете. Поскольку форма тела ранних панцирноголовых довольно консервативна, водные виды не обязательно сильно отличаются от наземных по форме тела (Лоран, 2008). Таким образом, дополнительные критерии, такие как микроанатомия кости, были изучены, чтобы определить, когда позвоночные стали наземными (Лоран и др., 2004; Жермен и Лоран, 2005). Предварительные результаты предполагают, что у панцирноголовых в раннем карбоне появился наземный образ жизни (Крылов и др., 2008), но для получения надежных результатов придется изучить еще много видов.

Концентрация кислорода в атмосфере, по-видимому, могла сыграть роль в том, чтобы позвоночные могли перемещаться на сушу. Первые водные панцирноголовые появились, когда атмосферный кислород присутствовал в низкой концентрации. Разрыв Ромера, период, в течение которого известно очень мало панцирноголовых, представляет собой заключительную фазу этого эпизода низкой концентрации кислорода. Вскоре после того, как концентрация кислорода в атмосфере достигла и даже превысила свой нынешний уровень, панцирноголовые подверглись впечатляющему эволюционному разветвлению, которое включало в себя первых наземных позвоночных. Это эволюционное разветвление параллельно происходило у членистоногих. Так, Вард и др. (2006) предполагают, что концентрация кислорода вызывала или облегчала деятельность членистоногих и позвоночных животных на суше, и что концентрация кислорода около 20% в атмосфере была нижним порогом, который позволил перейти от жаберного дыхания в воде к дыханию с использованием воздуха у позвоночных и членистоногих.

Первоначальная среда обитания стегоцефалов

Долгое время предполагалось, что первыми стегоцефалами были пресноводные виды, подобные существующим амфибиям и дипноанам (Ромер, 1933). Тем не менее, многие исследования, проведенные в 1980-х годах, показали, что ранние саркоптеригианы (включая дипноаны) чаще всего были морскими формами (Жанвьер, 1996). Аналогичным образом, недавно было показано, что несколько классических пермокарбононосных местностей, которые дали панцирноголовым и которые долгое время считались (по крайней мере, палеонтологами позвоночных) репрезентативными средами, проявляют морское влияние (Лоран и Солер-Гийон, 2006, 2010; Шульц, 2009). Представляется вероятным, что многие из самых ранних панцирноголовых были прибрежными формами, о чем свидетельствуют среднедевонские тропы, которые были оставлены в приливной или лагунной среде (Нидзевский и др. , 2010) и в явно морской среде обитания Тулерпертона (Лебедев, 1986). ). Однако некоторые их близкие родственники, такие как Tiktaalik (Дешлер и др., 2006) и некоторые ранние панцирноголовые, такие как Ichthyostega и Acanthostega (Клак, 2002), были интерпретированы как пресноводные формы. Вполне вероятно, что в позднем палеозое панцирноголовые обитали в соленой, пресной и наземной среде. Непереносимость соленой воды, которая характерна для большинства беспанцирных, по-видимому, является аутапоморфией беспанцирных (Лоран и Солер-Гийон, 2010).

Другие названия наземных позвоночных

Stegocephalians

Рекомендованная литература

Альберг П. Э. 1995. Elginerpeton pancheni и самая ранняя клада четвероногих. Nature, 373: стр. 420-425.

Альберг П. Э. 1998. Посткраниальный ствол, оставшийся у четвероногих после девона. Скат Крейг, Морайшир, Шотландия. Zoological Journal of the Linnean Society, 122: стр. 99-141.

Альберг П. Э., Э. Лукшевичс и О. Лебедев. 1994. Первые находки четвероногих из девона (верхнего фамеского яруса)в Латвии. Философские труды Королевского общества, B, 343: стр. 303-328.

Андерсон, Дж. С. 2007 Включение онтогенеза в матрицу: филогенетическая оценка доказательств развития касательно происхождения современных амфибий. В: Большой переход в эволюции позвоночных, (ред. Андерсона Дж. С и Сьюса Х.-Д.). Стр. 182-227. Indiana University Press, Блумингтон.

Андерсон Дж. С. 2008. Происхождение современных амфибий. Evolutionary Biology, 35: 231–247.

Андерсон Дж. С., Р. Р. Рейс, Д. Скотт, Н. Б. Фребиш и С. С. Сумида. 2008. Безпанцирные периода ранней перми из Техаса, а также происхождение лягушек и саламандр. Nature, 453: стр. 515–518.

Бойсверт С. А., Э. Марк-Курик и П. Э. Альберг. 2008. Грудной плавник Panderichthys и происхождение пальцев. Nature, 456: стр. 636–638.

Болт, Дж. Р. 1969. Происхождение беспанцирных: вероятные протобеспанцирные периода нижней перми из Оклахомы. Science, 166: стр. 888-891.

Кэмпбелл К. С. У. и М. У. Белл. 1977. Первобытная амфибия периода позднего девона из Нового Южного Уэльса. Alcheringa, 1: 369381.

Кэрролл, Р. Л. 1988. Палеонтология и эволюция позвоночных. Нью-Йорк: W. H. Freeman and Company.

Кэрролл Р. Л. 1995. Проблемы в филогенетическом анализе палеозойских хоановых. Бюллетень Национального музея естественной истории Парижа, 4-я серия 17: стр. 389-445.

Кэрролл Р. Л. 2007. Палеозойские предки саламандр, лягушек и цецилий. Zool. J. Linn. Soc. 150: стр. 1–140.

Клак, J.A. 1994. Черепа самых ранние из известных четвероногих, а также эволюция стремечка и овального окна. Nature, 369: стр. 392-394.

Клак Дж. А. 2002. Набирая обороты: происхождение и эволюция четвероногих. Блумингтон: Indiana University Press, 369 с.

Коутс М. 1991. Новый палеонтологический вклад в онтогенез и филогенез конечностей. В: Дж. Р. Хинчклифф (ред.) Пути развития конечностей позвоночных, стр. 325-337. Нью-Йорк: Plenum Press.

Коутс М. И. 1996. Девонские четвероногие Acanthostega gunnari; Ярвик: постчерепная анатомия, базальные взаимосвязи четвероногих и примеры эволюции скелета. Труды Королевского общества Эдинбурга, 87: стр. 363-421.

Коутс, М. И. и Дж. А. Клак. 1990. Полидактилия конечностей самых ранних известных четвероногих. Nature, 347: стр. 66-69.

Коутс, М. И. и Дж. А. Клак. 1991. Рыбоподобные жабры и дыхание у самого раннего из известных четвероногих. Nature, 352: стр. 234-236.

Дейшлер E. B., Н. Х. Шубин,  К. С. Томсон и В. В. Амарал. 1994. Девонские четвероногие из Северной Америки. Science, 265: стр. 639-642.

Дейшлер E. B., Н. Х. Шубин и Ф. А. Дженкинс мл. 2006. Девонская рыба, похожая на четвероногих, и эволюция строения тела четвероногих. Nature, 440: стр. 757-763.

Эдварс, J. 1989. Две перспективы развития конечности четвероногих. The American Zoologist, 29: стр. 235-254.

Фрьобиш Н. Б., Р. Л. Кэрролл и Р. М. Шох. 2007. Окостенение конечностей в палеозойском у апатеон семейства branchiosauridae (Темноспондильные) и ранняя эволюция преаксиального доминирования в развитии конечностей четвероногих.  Evolution & Development, 9: стр. 69-75.

Гафни Е. С. 1979. Монофилия четвероногих: филогенетический анализ. Бюллетень Музея естествознания им. Карнеги, 13: стр. 92-105.

Готье Дж., А. Г. Клюге и Т. Роу. 1988. Ранняя эволюция амниот. В М. Дж. Бентон (ред.) Филогенез и классификация четвероногих, Том 1: земноводные, рептилии, птицы: стр. 103-155. Oxford: Clarendon Press.

Готье Дж., Д. С. Каннателла, К. Де Кейроз, А. Г. Клюге и Т. Роу. 1989. Филопения четвероногих. В Б. Фернхольм, К. Бремер и Х. Йорнваль (ред.) The Hierarchy of Life: стр. 337-353. Нью-Йорк: Elsevier Science Publishers B.V. (Biomedical Division).

Жермен Д. и М. Лоран. 2005. Микроанатомия лучевой кости и образ жизни у амниот (позвоночные, четвероногие). Zoologica Scripta, 34: стр. 335-350.

Жермен Д. и М. Лоран. 2009. Эволюция ряда окостенений у саламандр и происхождения хвостатых земноводных, проанализированные с помощью синхронизации событий и не существовавших ранее методов. Evolution & Development, 11: стр. 170–190.

Гулд С. Дж. Восемь (или меньше) маленьких поросят. Natural History, январь 1991 года, стр. 22-29.

Грегори В. К. 1911. Конечности Эриопса и происхождение парных конечностей от плавников. Science 33: стр. 848-849.

Жанвьер P. 1996. Ранние позвоночные. Оксфордские монографии по геологии и геофизике. Оксфорд: Oxford University Press, 393 с.

Ярвик Э. 1952. О рыбоподобном хвосте у стегоцефалов семейства Ichthyostegidae с описаниями нового стегоцефала и нового кистеперого из верхнего девона восточной Гренландии. Meddelelser om Grønland, 114: стр. 1-90.

А. Крилов, Д. Жермен, А. Кановиль, П. Винсент, М. Саше и М. Лоран. 2008. Эволюция микроанатомии костей голеней четвероногих и применение ее в палеобиологическом заключении. Journal of Evolutionary Biology, 21: стр. 807–826.

Лоран М. 1998а. Важность глобальной парсимонии и исторического предубеждения в понимании эволюции четвероногих. Часть I — систематика, эволюция среднего уха и устройство челюстей. Annales des Sciences Naturelles, Zoologie, Paris, 13e Série 19: стр. 1-42.

Лоран М. 1998b. Важность глобальной парсимонии и исторического предубеждения в понимании эволюции четвероногих. Часть II — центр позвоночника, реберная вентиляция и педоморфоз. Annales des Sciences Naturelles, Zoologie, Paris, 13e Série, 19: стр. 99-114.

Лоран М. 1998c. Переоценка происхождения пятиперстности. Evolution, 52: стр. 1476-1482.

Лоран, M. 2002. Филогения четвероногих, происхождение земноводных и определение наименования четвероногих. Syst. Biol., 51: стр. 364-369.

Лоран, M. 2006. Скудные свидетельства и изменчивые точки зрения на развивающийся аппендикс. Zoologica Scr. 35: стр. 667-668.

Laurin M. 2008. Systématique, paléontologie et biologie évolutive moderne : l’exemple de la sortie des eaux des vertébrés. Collection Parcours LMD – Sciences de la vie et de la Terre, ed. J. Segarra. Paris: Ellipses, 176 pp.

Лоран М. 2010. Как позвоночные покинули воду. Перевод М. Лорана. Беркли: University of California Press, XV + 199 с.

Лоран М. и Дж. С. Андерсон. 2004. Значение наименования четвероногих в научной литературе: обмен. Systematic Biology, 53: стр. 68-80.

Лоран, M. и Р. Р. Райз. 1997. Новый взгляд на филогенез четвероногих. В С. Сумида и К. Мартин (ред.) Происхождение амниот: завершение перехода на сушу: стр. 9-59. Лондон: Academic Press.

Лоран M. и Р. Р. Райз. 1999. Новое исследование Solenodonsaurus janenschi и пересмотр происхождения амниот и эволюции стегоцефалов. Canadian Journal of Earth Sciences, 36: стр. 1239-1255.

Лоран, M., Жирондот, M. и де Рикле, A. 2000. Ранняя эволюция четвероногих. Trends Ecol. Evol., 15: стр. 118-123.

Лоран М., Жирондот М. и М.-М. Лот. 2004. Эволюция микроанатомии длинных костей и образа жизни у беспанцирных. Paleobiology, 30: стр. 589-613.

Лоран М. и Р. Солер-Гийон. 2006. Самый древний из известных стегоцефалов (Sarcopterygii: Temnospondyli) из Испании. Journal of Vertebrate Paleontology, 26: стр. 284-299.

Лоран М. и Р. Солер-Гийон. 2010. Осмотическое отклонение и среда обитания ранних стегоцефалов: косвенные данные из парсимонии, тафономии, палеобиогеографии, физиологии и морфологии. В кн .: М. Веколи и Дж. Климента (ред.). Процесс заболачивания: моделирование сложных взаимодействий на границе биосферы и геосферы (339): стр. 151–179. Лондон: Геологическое общество Лондона.

Лебедев О. А. 1986. Первое упоминание о девонском четвероногом в СССР. Доклады: Раздел наук о Земле, 278: стр. 220-222.

Ли М.С. И. и Андерсон Дж. С. 2006. Молекулярные часы и происхождение современных амфибий. Mol. Phyl. Evol. 40: стр. 635-639.

Ломбард, Р. Э. и Дж. Р. Болт. 1995. Неизвестное ранее примитивное четвероногое Whatcheeria deltae раннего карбонного периода из Айовы. Palaeontology, 38: стр. 471-494.

Ломбард, Р. Э. и С. С. Сумида. 1992. Недавний прогресс в понимании ранних четвероногих. The American Zoologist, 32: стр. 609-622.

Марьянович, д. & Лоран М. 2007. Окаменелости, молекулы, времена расхождения и происхождение беспанцирных. Syst. Biol., 56: стр. 369-388.

Марьянович Д. и М. Лоран. 2008a. Оценка доверительных диапазонов стратиграфических подразделений высших таксонов: ситуация с Lissamphibia. Acta Palaeontologica Polonica, 53: стр. 413–432.

Марьянович Д. и М. Лоран. 2008b. Переоценка доказательств, подтверждающих неортодоксальную гипотезу о происхождении доживших до наших дней амфибий. Contributions to Zoology, 77: стр. 149–199.

Марьянович Д. и М. Лоран. 2009. Происхождение современных амфибий: комментарий. Evolutionary Biology, 36: стр. 336–338.

Маршалл С. Р. 1997. Доверительные диапазоны стратиграфических подразделений с неслучайным распределением горизонтов с ископаемыми. Paleobiology, 23: стр. 165-173.

Макгоуен, G.J., 2002.Земневодные Albanerpetontid из нижнего мела Испании и Италии: описание и пересмотр их систематики. Zool. J. Linn. Soc., 135: стр. 1-32.

Менье Ф. Ж. и М. Лоран в прессе. Микроанатомическое и гистологическое исследование длинных костей девонской лопастеперой рыбы Eusthenopteron foordi. Acta Zoologica 19 стр., 3 рисунка, 1 таблица (ранняя версия доступна на веб-сайте журнала).

Мильнер А. Р. 1988. Взаимосвязь и происхождение живых амфибий. В М. Дж. Бентон (ред.) Филогения и классификация четвероногих, Том 1: Амфибии, Рептилии, Птицы, стр. 59-102. Oxford: Clarendon Press.

Мильнер, А. Р. 1993. Палеозойские сородичи беспанцирных. Герпетологические монографии 7: стр. 8-27.

Нидзвецкий Г., П. Шрек, К. Наркевич, М. Наркевич, П. Э. Альберг, 2010. Тропы четвероногих из периода раннего Среднего Девона в Польше. Nature, 463: стр. 43–48.

Нуссбаум, Р. А. 1977. Rhinatrematidae: новое семейство цецилий (Amphibia: Gymnophiona). Периодические доклады Музея зоологии Мичиганского университета, 682: стр. 1-30.

Панчен, А. Л. и Т. Р. Смитсон. 1988. Взаимосвязи между самыми ранними четвероногими. В М. Дж. Бентон (ред.) Филогения и классификация четвероногих, том 1: земноводные, рептилии, птицы: стр. 1-32. Oxford: Clarendon Press.

Ролантс, К., Гауэр, Д. Дж., Уилкинсон М., Лоадер, С. П., Биджу, С. Д., Гийом К., Морио Л. и Боссайт Ф., 2007. Глобальные модели диверсификации в истории современных земноводных. Proc. Natl. Acad. Sci. U.S.A., 104: стр. 887-892.

Ромер А. С. 1933. Палеонтология позвоночных. 1-е изд., Чикаго: University of Chicago Press.

Рута, М. & Коутс, М. И. 2007. Периоды, узлы и конфликт характеристик: обращение к проблеме происхождения беспанцирных. J. Syst. Paleontol., 5: стр. 69-122.

Рута М., М. И. Коутс и Д. Д. Л. Квик. 2003. Еще раз о ранних взаимодействиях четвероногих. Биологические обзоры Кембриджского философского общества, 78: стр. 251-345.

Рута М., Дж. Э. Джеффри и М. И. Коутс. 2003. Супер-родословная ранних четвероногих. Труды Королевского общества Лондона, серия B, 270: стр. 2507-2516.

Сан Мауро Д., Венсес, М., Алькобендас, М., Зардоя, Р. и Мейер, A. 2005. Первоначальная диверсификация живых амфибий произошла раньше, чем распад Пангеи. Am. Nat., 165: стр. 590-599.

Шох Р.Р. 2006. Онтогенез черепа: паттерны развития рыб, сохраняющиеся по основным кладам четвероногих. Evolution & Development, 8: стр. 524-536.

Шох Р. Р. и Р. Л. Кэрролл. 2003. Онтогенетические доказательства палеозойского происхождения саламандр. Evolution & Development, 5: стр. 314-324.

Шульце Х.-П. 2009. Интерпретация морских и пресноводных палеосред в пермо-карбоновых отложениях. Палеогеография, Палеоклиматология, Палеоэкология, 281: стр. 126–136.

Шубин Н. Х., Дешлер Э. Б. и Дженкинс Ф. А. мл., 2006. Грудной плавник Tiktaalik roseae и происхождение конечности четвероногих. Nature, 440: стр. 764-771.

Смитсон, Т. Р., Р. Л. Кэрролл, А. Л. Панчен и С. М. Эндрюс. 1994. Westlothiana lizziae с Визейского о-ва Восточный Кирктон, Западный Лотиан, Шотландия и клады амниот. Труды Королевского общества Эдинбурга, 84: стр. 383-412.

Труб Л. и Р. Клотье. 1991. Филогенетическое исследование внешних и внутренних свзей Панцирных (Амфибии: Темноспондильные). В Х.-П. Шульце и Л. Труб (ред.) Происхождение высших групп четвероногих — Противоречия и консенсус: стр. 223-313. Итака: Comstock Publishing Associates.

Уаллин Г. и М. Лоран. 2004. Морфология черепа и сходство ряда Microbrachis, а также переоценка филогении и образа жизни первых земноводных. Journal of Vertebrate Paleontology, 24: стр. 56-72.

Уорд П., С. Лабандейра, М. Лоран и Р. Бернер, 2006. Подтверждение Разрыва Ромера как периода с низким уровнем кислорода, ограничивающего время начала наземной трансформации членистоногих и позвоночных. Слушания Национальной Академии Наук Соединенных Штатов Америки, 103: 16818-16822.

Уоррен, А., Р. Джапп и Б. Болтон, 1986. Самая первая тропа четвероногих. Alcheringa, 10: стр. 183-186.

Чжан П., Чжоу Х., Чен Ю.К., Лю Ю.Ф. и Кю, Л.-Х. 2005. Митогеномные точки зрения на происхождение и филогению живых амфибий. Syst. Biol., 54: стр. 391-400.

Циммер Ч., Выходя на сушу. Discover, июнь 1995 года, стр. 118-127.

Информация в интернете

Для общего ознакомления с четвероногими и их близкими родственниками, попробуйте Введение в тетраподов (UCMP, Berkeley).

Существует перевод этой страницы на Албанский язык, любезно предоставленный Радкой Марич, перевод на испанский от emfurn.com и перевод на малазийский от Линли Ло из  Down To Five.

Правовладение иллюстрациями

 

The Devonian terrestrial choanates Acanthostega and IchthyostegaНаучное название: Acanthostega gunnari Ichthyostega
Комментарии: Девонские наземные хоановые Acanthostega (внизу) и Ichthyostega (сбоку).
Ссылки: впервые опубликована в журнале Discover
Создатель: Иллюстрация Альфреда Камаджяна
Статус образца — Ископаемое — Период: Девон
Copyright © 1995 Альфред Камаджян

Об этой странице

Я хотел бы поблагодарить г-на Джона Хатчинсона, г-жу Патрисию Лай и г-на Мэтью Марлоу, которые редактировали эту страницу. Я в долгу перед доктором Дэвидом Мэддисоном, который оказал неоценимую помощь в форматировании этой страницы, ее линковке с другими страницами на сайте Tree of Life, и чьи многочисленные предложения улучшили представление этой страницы. Я также благодарю Катю Шульц за проверку моих периодических обновлений перед их публикацией.

Мишель Лоран

Национальный музей естествознания, Париж, Франция

Корреспонденцию по поводу этой страницы необходимо отправлять ​​Мишелю Лорану по адресу  [email protected]

Page Copyright © 2011Мишель Лоран

*ORA LITE

El original está disponible en casos.cs.cmu.edu

OVERVIEW – VISION GENERAL

*ORA-LITE es una herramienta de análisis y evaluación de meta-red dinámica, desarrollada por CASOS en Carnegie Mellon. Contiene cientos de redes sociales, métricas de redes dinámicas, métricas de caminos, procedimientos para agrupar nodos, procedimientos para identificar patrones locales, comparar y contrastar redes, y grupos e individuos desde una perspectiva dinámica de meta-red. * ORA-LITE se ha utilizado para examinar cómo cambian las redes a través del espacio y el tiempo, contiene procedimientos para avanzar y retroceder entre los datos del camino (por ejemplo, quién estaba dónde, y cuándo) y los datos de la red (quién está conectado a quién, quién está conectado a dónde … ), y tiene una variedad de métricas de redes geoespaciales y técnicas de detección de cambios. *ORA-LITE puede manejar redes multimodales, multiplex y multinivel. Puede identificar jugadores clave, grupos y vulnerabilidades, modelar cambios en la red a lo largo del tiempo y realizar análisis de COA. Aunque todas las métricas disponibles en *ORA-LITE se han probado con redes grandes (10^6 nodos por 5 clases de entidad); *ORA-LITE se limita a un máximo de 2,000 nodos por clase de entidad. Es decir que puedes tener 2000 agentes, 2000 organizaciones, etc. La versión profesional de ORA, que está disponible en Netanomics ( www.netanomics.com ), no tiene límite en el número de nodos. Los procedimientos basados ​​en la distancia, los procedimientos algorítmicos y estadísticos para comparar y contrastar redes, son parte de este conjunto de herramientas.

Sobre la base de la teoría de redes, la psicología social, la investigación de operaciones y la teoría de la gestión, se ha desarrollado una serie de medidas de «criticidad» en CMU. Del mismo modo que los algoritmos de ruta crítica pueden usarse para ubicar aquellas tareas que son críticas desde una perspectiva de gestión de proyectos, los algoritmos *ORA-LITE pueden encontrar aquellas personas, y los tipos de habilidades o conocimientos y tareas que son críticas desde una perspectiva de rendimiento y seguridad de la información. Cada una de las medidas que hemos desarrollado se calcula por *ORA-LITE en base a los datos de la red, como se muestra en la siguiente tabla.

 

Personas Conocimiento Tareas
Personas Red social
Quién conoce a quién
Red de conocimiento
Quién sabe qué
Red de asignacion
Quién hace qué
Conocimiento Red de informacion
Qué informa a qué
Necesita red
Qué conocimiento se necesita para la tarea
Tareas Red de precedencia
Qué tarea se debe hacer antes de qué tarea

network science social network analysis dynamic network analysis ORA network visualizations geo-spatial network analysis GIS networks high dimensional networks

* ORA-LITE se puede aplicar tanto dentro de una organización tradicional como en redes ocultas.

Para información sobre ORA-PRO:

ORA-PRO es ofrecido por Netanomics, visite su sitio web para obtener información adicional sobre el software. ORA-PRO admite un número ilimitado de nodos, análisis y visualización geoespaciales y temporales. Además, ORA-PRO ha especializado sub-herramientas para la importación de blogs y twitter, y métricas de redes geoespaciales. Técnicas de poda de datos para big data también están disponibles. ORA-PRO está disponible tanto para Mac como para PC.

 

SPONSORS – PATROCINADORES

Este trabajo fue apoyado en parte por:

La Oficina de Investigación Naval (ONR)

  • Subvención de la Marina de los Estados Unidos (ONR — MURI) No. N000140811186
  • Subvención de la Marina de los Estados Unidos No. 9620.1.1140071 en el Análisis Dinámico de la Red
  • Subvención de la Marina de los Estados Unidos No. 1681.12.1140053 sobre arquitectura adaptativa para comando y control
  • El Departamento de Defensa.

El proyecto INSIGHT DAAH01-03-C-R111 de la Agencia de Proyectos de Investigación Avanzada de Defensa (DARPA).

Administración Nacional Aeronáutica y Espacial — NASA).

El Laboratorio de Investigación del Ejército (ARL) y ARL-CTA.

La National Science Foundation, bajo la beca de tesis doctoral NSF 0100999, NSF ITR 0218466 NSF ITR / IM IIS-0081219, NSF KDI IIS-9980109, NSF 043 7239, NSF 045 2598, NSF 045 2487 y NSF IGN 9972762 para investigación y capacitación en CASOS.

La Oficina de Investigación Científica de la Fuerza Aérea (AFOSR), bajo la subvención 600322GRGMASON, Modelado computacional de dimensiones culturales en organización adversa (MURI), con la Universidad George Mason.

El Departamento de Defensa (DOD)

La Oficina del Jefe de Operaciones Navales (Op-Nav).

La Oficina de Política Nacional de Control de Drogas (ONDCP).

Instituto de Investigación del Ejército (ARI).

Oficina de Investigación del Ejército (ARO).

 

Las opiniones y conclusiones contenidas en este documento son las de los autores y no deben interpretarse como representativas de las políticas oficiales, expresas o implícitas, de la Oficina de Investigación Naval, el Departamento de Defensa, el Laboratorio de Investigación del Ejército, la NASA, Fundación de la ciencia o el gobierno de Estados Unidos.

 

HARDWARE REQUIREMENTS – REQUISITOS DE HARDWARE

  • CPU con velocidad de reloj de procesador de 500 megahercios o superior recomendada (se recomienda 3 Ghz para conjuntos de datos grandes).

* Familia Intel Pentium / Celeron, o AMD K6 / Athlon / Duron, o un procesador compatible recomendado.

 

  • Se recomiendan 512 MB de RAM o superior (se prefiere 1 GB).

 

  • 500 MB de espacio disponible en el disco duro.

Notas sobre procesadores multi-core

  • ORA-LITE puede aprovechar todos los núcleos de su máquina. Todas las medidas computacionalmente intensas son multihilo.

Interacción del sistema

  • ORA-LITE tiene una interfaz de Java y un backend de C ++. NO toca el registro del sistema.

SOFTWARE

Software — Últimas versiones disponibles para su uso

Nueva versión de 64 bits para PC publicada el 7 de noviembre de 2018

Nueva versión de 32 bits para PC publicada el 7 de noviembre de 2018.

Una versión para Mac de ORA solo está disponible en Netanomics

 

Bajo la página de descarga proporcionamos:

Descargas para * ORA-LITE NetScenes cst-iw para:

Windows de 32 bits

Windows de 64 bitS

 

ORA-LITE v.3.0.9.9.81 Información de la versión:

Procesamiento más rápido y escalable.

Nuevo importador de senderos y reporte de senderos.

Nuevo importador de un paso para Pulse

Nuevo importador de un paso para Nexology.

Ayuda mejorada

 

Para detalles de todas las versiones por favor vaya aquí. Las versiones anteriores de este software no están disponibles.

 

Страница 1 из 7